Вечеринка по случаю двадцатипятилетия Светки была настолько успешна, что даже ее подружки, которые давно заметили, как физическое развитие именинницы резко замедлилось после тридцати семи. Но вдруг тело начала двигаться в обратном направлении — и это ошеломило всех настолько, что вечере стало невероятно интересным поворотом событий.
— И где старушка?
— Старушка?! — неожиданно развеселилась Леся. — А я за нее.
— Так как же? — допытывался Йене. — Эти люди — ваши знакомые?
— Знакомые, но развязывать мы их пока не будем, — объяснила немцу Кира.
— Как же так? — изумился немец.
— Таких знакомых лучше держать в связанном виде, — заметила Леся. — Безопасней будет.
Подруги прошли на кухню, где попили прохладной водички. И заодно привели свои растрепанные нервы в относительный порядок. Вернувшись в коридор, они уже почти знали, как им следует действовать дальше. Честно говоря, немцам следовало в ножки поклониться. Йене и Якоб оказали подругам просто неоценимую услугу, так основательно скрутив горе-домушников.
— Ну что, ребята, — подсев к Жорику и его приятелям, произнесла Кира. — У вас есть два выхода.
На лице Жорика появились первые признаки интереса. До сих пор он взирал на жизнь с глубочайшим унынием. И выход ему виделся только один. Вел он на скамью подсудимых и в тюремную камеру.
— Либо мы прямо сейчас сдаем вас в милицию, — продолжала Кира, — после чего вы ближайшие годы своей молодой жизни проведете за решеткой в местах не столь отдаленных. Либо прямо сейчас покаетесь как на духу, как дошли до жизни такой.
— Вот еще! — фыркнул Жорик. — Надо очень! Мы просто квартирой ошиблись. А тут эти два типа на нас налетели. Что им от нас нужно было? Мы вообще тут в первый раз. Ошиблись дверью. Если что не так, могли бы русским языком сказать, а не с кулаками набрасываться. И еще неизвестно, кто на кого в суд подавать должен. Мне вон этот ваш битюг все ребра помял. — И он кивнул в сторону Якоба.
— Очень нехорошо начинать исповедь с вранья, — с укором заметила Леся. — Это может насторожить ваших собеседников.
Леся прекрасно понимала, что трое домушников сейчас целиком и полностью у них в руках, так что можно было немного поиздеваться над парнями.
— Да мы вас знать не знаем! — возмутился Жорик. — Вы не хозяйки квартиры. Чего пристали?
— Вот как? — хихикнула Кира. — Не хозяйки, говоришь?"
"И подруги исчезли ненадолго в ванной комнате. Обратно они вернулись в маскарадных костюмах. Кира была в своем ужасном платке, под которым топорщились разные твердые выпуклости и углы. И в боевой раскраске, в которой преобладали ярко-синие тени в пол-лица, алая помада на губах и сочные пятна румянца. Леся же скрючилась под своим теплым одеялом и платком; при этом она постоянно тряслась и почесывалась.
— А теперь? — еще больше развеселилась Кира, увидев лица домушников.
