В зале избранных правителей сидели люди разных наций, обменявшись взглядами на глобальные вызовы. Но что-то необычное в их взглядах — каждому было известно, как его страна стремительно менялась под руководством чиновника Финляндии. Мельницы богов: потоки информации и власти наваливаются на каждого, оставаясь невидимыми до тех пор, пока они не станут критическим фактором в новой реальности....
– Он провел ее наверх.
Нику лежал на кровати, читая книгу. Когда Мэри вошла, он поднял глаза.
– Доброе утро, госпожа посол.
– Доброе утро, Нику.
– Отец рассказал мне о том, что вы сделали для меня. Я хочу поблагодарить вас.
– Мне не хотелось, чтобы ты умер. Может, ты еще женишься на Бет.
Нику рассмеялся:
– Пусть приходит, и мы с ней поговорим на эту тему.
* * *Президент Ионеску ждал Мэри внизу.
– Вы возвратили мой подарок, – без вступления сказал он.
– Да, ваше превосходительство.
Он показал ей на кресло:
– Садитесь.
– Жизнь ребенка не предмет для торговли, – ответила Мэри.
– Вы спасли жизнь моего сына. Я обязан вам…
– Вы ничего мне не должны, ваше превосходительство.
Ионеску стукнул кулаком по столу:
– Я не хочу оставаться у вас в долгу. Назовите вашу цену!
– Здесь не может быть никакой цены, ваше превосходительство, – сказала Мэри. – У меня двое детей, поэтому я прекрасно понимаю ваши чувства.
На мгновение он закрыл глаза.
– Понимаете? Да если бы что-нибудь случилось… – Он замолчал, не в силах продолжать дальше.
– Я была у него. Он выглядит прекрасно. – Мэри встала. – Если это все, ваше превосходительство, мне надо возвратиться в посольство. У меня назначена деловая встреча. – Она направилась к двери.
– Подождите!
Мэри обернулась.
– Вы не хотите принять мой подарок?
– Нет. Я ведь уже объяснила…
Ионеску поднял руку:
– Ладно-ладно. – Он на секунду задумался. – Если бы вы могли загадать желание, что бы вы пожелали?
– Ничего…
– Вы обязаны! Я настаиваю! Одно желание.
Мэри стояла, глядя на него. Наконец она сказала:
– Я хочу, чтобы был снят запрет на выезд евреев за границу.
Ионеску забарабанил пальцами по столу.
– Ясно. – Он долго думал, затем посмотрел на Мэри. – Хорошо. Их, конечно, не отпустят за границу, но жить им станет легче.
Через два дня, когда появилось сообщение об этом, Мэри позвонил сам президент Эллисон.
– Вот это да! – сказал он. – Я думал, что послал туда дипломата, а вы оказались волшебницей.
– Просто мне повезло, господин президент.
– Если бы всем моим дипломатам так везло. Примите мои поздравления. Отличная работа!
– Спасибо, господин президент.
Она повесила трубку. На лице у Мэри сияла улыбка.
– Июль уже не за горами, – сказала Хэрриет Крюгер Мэри. – Раньше посол США всегда устраивал прием Четвертого июля[11] для всех американцев, живущих в Бухаресте. Но если вы считаете…
– Это прекрасная мысль."
"– Отлично.
