В зале избранных правителей сидели люди разных наций, обменявшись взглядами на глобальные вызовы. Но что-то необычное в их взглядах — каждому было известно, как его страна стремительно менялась под руководством чиновника Финляндии. Мельницы богов: потоки информации и власти наваливаются на каждого, оставаясь невидимыми до тех пор, пока они не станут критическим фактором в новой реальности....
Ну, мам!
Они боялись. Как боялась и Мэри. Стэнтон Роджерс говорил так убедительно, но, проснувшись ночью, Мэри подумала: «Я ничего не знаю о дипломатической работе. Я простая канзасская домохозяйка, возомнившая себя политиком. Все поймут, что я ничего не умею. Какая я дура, что согласилась».
Пришло время уезжать.
– Мы с Дугом отвезем тебя в аэропорт, – настояла Флоренс.
Аэропорт, из которого они должны были отправиться на шестиместном чартерном самолете, располагался в городке Манхэттен, штат Канзас. Они должны были прилететь в Канзас-Сити, штат Миссури, а оттуда, на большом лайнере, в Вашингтон.
– Я хочу побыть здесь еще минутку, – сказала Мэри. Она поднялась в спальню, где они с Эдвардом провели столько приятных часов. Она стояла, не в силах пошевелиться. «Я уезжаю, мой дорогой, и хочу попрощаться с тобой. Я думаю, ты бы меня одобрил. Надеюсь, это так. Я только боюсь, что уже никогда не вернусь сюда. Мне кажется, я предаю тебя. Но ты всегда и везде будешь со мной. Ты нужен мне сейчас, как никогда.
"Дуглас Шайфер загрузил ее багаж в маленький самолет. Когда Мэри увидела стоящий на взлетной полосе самолет, она оцепенела.
– О Господи!
– Что случилось? – спросила Флоренс.
– Я так была занята, что даже и не подумала об этом.
– О чем?
– О том, что придется лететь. Я в жизни не летала на самолетах. Я не сяду в него.
– Мэри, вероятность того, что что-то произойдет, один к миллиону.
– Не надо никаких вероятностей, – слабым голосом сказала Мэри. – Мы поедем на поезде.
– Ты не можешь этого сделать. Завтра тебя ожидают в Вашингтоне.
– Живой. Не думаю, что я им нужна мертвой.
Шайферам пришлось уговаривать ее пятнадцать минут, прежде чем она согласилась войти в самолет. Через полчаса самолет, рейс 826, был готов к взлету. Когда взревели двигатели и самолет понесся по полосе, Мэри закрыла глаза и вцепилась руками в подлокотники.
– Мама.
– Тихо. Не разговаривайте!
Она сидела, боясь посмотреть в окно. Дети чувствовали себя прекрасно, разглядывая землю в иллюминатор.
«Дети, – горько подумала Мэри. – Что они понимают?»
В Канзас-Сити они пересели на «ДС-10» и вылетели в Вашингтон. Тим и Бет сидели отдельно, а рядом с Мэри сидела пожилая леди.
– По правде говоря, я немного нервничаю, – призналась соседка Мэри. – Я еще никогда не летала.
