Ночью я просыпалась от нестерпимого голода. Жадный желудок молил о кусочке пищи, но новая диета лишь позволила утолить голод в 17:30. Теперь полночь приближалась, и ходу муки сгустился до невероятной силы. Поесть несложно было, ведь спать хотелось так, словно надвигался бунт небес....
– Не гожусь я для илеи – давно все старухой кличут. Че в дверях встала? Проходь, давай. Илея.
Я шагнула к прилавку и принялась с преувеличенным интересом разглядывать и щупать попадающиеся мне под руку ткани.
– А по имени вас называть можно? – спросила я и признаться немного засмущалась.
– Можно. Отчё ж нельзя? Эгебельдеризенция я.
Теперь понятно, почему ее все старухой называют. Имя выговорить просто не реально.
– Чё ищешь-то, мила? – прихрамывая, добралась-таки до меня хозяйка лавки.
– Постельное белье, покрывала, занавески.
– Отчё же. Все есть. Чё ж я – немощная? Шью помаленьку, пока сила в руках еще осталась и глаза видят. Сейчас принесу, жди здесь.
Она также неспешно двинулась к межкомнатной двери, а дойдя, обернулась и поинтересовалась:
– В который дом собралась красоту вешать?
– А? – растерялась я.
– Каждому дому свое убранство требуется. Чё за дом спрашиваю? Где живешь?
– А-а. У Зачарованного леса.
– У Закхариуса чё ли?
– Ага, у Захария, илея.
– Закхариус он. Графский сын, бывший маг. Это уж в простонародье, шоб язык, значить, не ломать, прозвали Захарием. А ты чё же, того не знаешь?
Я готова была подпрыгнуть и от радости потереть ладошки – так вот оказывается, кто в курсе о моем хозяине больше, чем сказано в общеизвестной легенде.
– Впервые вот от вас слышу, – повинилась, скромно опустив глазки к полу. – Он сам не представлялся. А в городе про него и вовсе мало что известно.
– Знамо дело мало. Та история с Эвенизой случилась тридцать лет назад…
– Тридцать? Серьезно?
– Тридцать-тридцать.
– Точно? Вы ничего не путаете?
– Ты меня за старую кошелку чё ли принимаешь? – взвилась старушка, с видом оскорбленной невинности поправляя гребешок в волосах.
– Ну что вы, уважаемая, – начала подлизываться я к бабулечке, – просто Захарий, то есть Закхариус не выглядит так старо. Это сколько же ему получается лет?
– Не знаю я, сколь ему лет, но не мальчик, уж точно.
– Маги? Это вы про Закхариуса?
– Про него, про кого еще. А ты чё, уж и позабыла, о ком разговор ведем?
– Я просто не знала. И что он умеет? – я пыталась вспомнить, чем же занимаются всевозможные экстрасенсы в моем мире. – Лечит народ, или там мужей к женам возвращает?
– Ничё уже не умеет. Как все случилось, так силу и потерял. И с тех пор не выходил ни разу в город. Затворником стал.
