Автор
В мистической среде называют дольменами, а в научной — "домами Души". В наших краях их сотни, и они не ограничены горными районахами. Многие из этих уникальных сооружений остаются незамеченными, что приводит к их безжалостному уничтожению.
– И спросил очень серьёзно: – Понимаешь?
– Понимаю, – заверила его Лидия Григорьевна, встала со своего места и двинулась следом за внуком, тащившим её за руку и пересказывавшим всё, что объяснила ему Маруся.
– Здравствуйте, – не успела закрыться дверь в кухню, как раздался голос от входа в столовую.
К столу двигались двое мужчин, один средних лет, самой простой наружности, и второй помоложе, можно сказать, парень – высокий худощавый блондин с уставшим лицом, державший под мышкой кожаную папку для бумаг, очевидно, тот самый следователь, о котором говорил Дмитрий Егорович.
Хозяин поднялся со своего места, подошёл к пришедшим, поздоровался с каждым за руку и пригласил за стол широким жестом:
– Присаживайтесь, мужчины. Чаю горячего? Самовар ещё не остыл.
– О-о-о, – откровенно обрадовался младший из пришедших, – чай – это шикардос. – Сел за стол, положил рядом с собой папку, принял с благодарным кивком большую кружку от Вольского, налившего чаю и передавшего ему, и пояснил: – Околели мы все в том овраге от холода на фиг, конкретно.
"Мужчина достал из кармана удостоверение, предъявил присутствующим в развёрнутом виде, убрал обратно, сделал ещё пару глотков чая, цапнул с тарелочки, что подвинула к нему Дарья, маленькую булочку, откусил, запил ещё одним глотком чая и, торопливо прожевав и проглотив, продолжил свои объяснения:
– Мне надо взять показания с тех, кто обнаружил труп женщины в реке.
– Возьмёшь, Макс, – успокаивающе, махнул ему рукой Егорыч, определённо, как поняла по его реплике Дарья, знавший парня, – перекуси сначала, нормально чаю выпей, согрейся, а потом и показания.
– Так ждут ведь, Дмитрий Егорыч, – словно извиняясь, сообщил оперативник, в то же время торопливо сооружая себе бутерброд из второй булочки, сыра и колбасы, что взял со второй тарелки, также придвинутой Дарьей к нему поближе.
– Олег, – обратился хозяин ко второму мужчине, – давай-ка ты тоже чаю и перекуси. А то мотаешься под дождём и ветрюганом на дворе, небось тоже околел, как те оперативники.
– Та не, Егорыч, – отказался мужчина. – К Глаше пойду, кофе себе сделаю.
– Вот же кофейная душа, – крутнув головой, усмехнулся Дмитрий Егорыч и не стал настаивать.
