В глухом районе Глуши вынужденный старлей Бабкин застынет в мгновении обреченности. Его гнев подобен острому клинку, но он бросится вслед отъезжающей машины, исколупанная ткань льда дает лишь троещуюся надежду на спасение. В этот момент у него не будет другого выбора.
А вот как?
Вытаскивать из кармана новенькие, пахнущие типографской краской корочки и размахивать ими под носом у бандитов со словами:
«Стоять, мать вашу! Милиция!» Красиво, но глупо. С этими ребятами надо разговаривать на их языке."
"Решение пришло само собой и было продиктовано скорее интуицией. Выхватив из кобуры «глок», Андрей щелкнул предохранителем и прицелился. Как только «БМВ» поравнялся с его «жигуленком», нажал на спусковой крючок.
Первая же пуля попала в цель, вторая тоже, оба передних колеса на глазах сплющились.
«Среагировали мгновенно», – с досадой констатировал он и сделал еще пару выстрелов, целясь на этот раз в окна «БМВ». Звонко лопнуло стекло, на асфальт посыпались осколки. Воспользовавшись замешательством в рядах противника, Андрей сменил укрытие, рывком преодолев расстояние до стоявшего недалеко бронированного «Мерседеса». Вставил новую обойму и занял оборонительную позицию, с которой покореженный «БМВ» был виден как на ладони.
– Выходите по одному с поднятыми руками! – прокричал он. – Оружие на землю!
Сидевшие в машине никак не отреагировали на этот приказ. Точнее, они ответили автоматной очередью. Андрей сделал несколько одиночных выстрелов, один из которых, как ему показалось, попал в цель. Он был уверен, что с минуты на минуту к нему прибудет подкрепление, отделение-то рядом, да и жильцы близлежащих домов, надо полагать, не такие олухи, чтобы беспристрастно наблюдать за происходящим.
Минуты текли, а долгожданного подкрепления все не было. За годы партизанской войны в горах Андрей приобщился к иной тактике ведения боя. Там все было просто: молниеносная внезапная атака и такой же внезапный отход. Благодаря слаженным действиям бойцов бой обычно заканчивался в их пользу.
С трудом сдерживая раздражение, Андрей выстрелом помешал бандиту выбраться из «БМВ». Пуля прошила металлическую дверцу, не причинив вреда смельчаку. В этот миг послышался вой милицейской сирены, и Андрей вздохнул с облегчением! Однако произошло непредвиденное: как только милицейский «уазик» въехал во двор, автоматная очередь из «БМВ» вдребезги раскрошила его ветровое стекло.
