В глухом районе Глуши вынужденный старлей Бабкин застынет в мгновении обреченности. Его гнев подобен острому клинку, но он бросится вслед отъезжающей машины, исколупанная ткань льда дает лишь троещуюся надежду на спасение. В этот момент у него не будет другого выбора.
– Может, хотела отменить свидание или перенести его на более позднее время? Вдруг у нее что-то поменялось…» – Он подвинул к себе телефон, снял трубку, но, поразмыслив, решил не перезванивать Нике.
Андрей отнюдь не считал себя знатоком женской психологии, и все же почему-то был уверен, что девушка искала его для того, чтобы отменить свидание.
Утром, когда он позвонил ей в офис и назвал это время – семь вечера, она просто не решилась послать его подальше. Судя по односложным ответам, в кабинете Ника была не одна.
«Ну зачем шикарной бизнес-леди, у которой небось поклонников пруд пруди, какой-то паршивый ? – думал он, нервно затягиваясь сигаретой. – Ладно, был бы неотразимым красавцем, по которому бабы с ума сходят, или умницей, каких свет не видел. А то ведь ничего особенного. Внешность самая обыкновенная, в голове не сказать, чтобы пусто, но гениальных идей, способных поставить мир на уши, в ближайшем будущем не предвидится…»
А что касается финансовых возможностей, Андрей был уверен, что Вероника Круглова зарабатывает раз в десять больше его.
В этот миг звонил телефон. Подождав, когда звонки прекратятся, Андрей подскочил к стене и стукнул по ней кулаком три раза. Через минуту в кабинет влетел взволнованный Ваня Дорофеев.
– Что такое, командир? У нас пожар?
– Хуже… Проходи.
Дорофеев прошел на середину комнаты и уставился на Андрея. Тот замялся, не зная, с чего начать.
– Тут мне девушка одна должна звонить… – наконец решился он. – Если тебе не трудно, подними трубку. И ответь ей, что меня нет и сегодня уже не будет.
Дорофеев, дымя «Беломором», сочувственно ухмыльнулся.
– А че так? Достала?
– Не в этом дело… Только это между нами, ладно?.
– Ну и хрен с ней! – простодушно отозвался Дорофеев.
– А я этого не хочу! Понимаешь, Вероника человек слова. Она очень обязательная. И если ей не удастся переговорить со мной до семи, значит, на свидание она придет.
Дорофеев выглядел озадаченным.
– Что-то я не врубаюсь… Ты от нее прячешься или как?
– Прячусь.
