В теплые весенние дни самолет был полон жизнерадостными путешественниками из Москвы, летящими на мечту Турции. Андрей чувствовал себя скверно - холод и зуд кожей каким-то непостижимым образом приближался к нему с каждой минутой. Этот рассказ о том, как заброшенные в чужую страну путешественники столкнулись с неожиданным превращением мироздания вокруг них....
Обратно к морю, тоже нельзя, я больше чем уверен, что не все десантники погибли, многие ранены или просто укрылись на барже или буксире, и стоит нам только показаться в поле их зрения, они откроют огонь на поражение. Мля, ну что же делать?!
Я чувствовал себя мышью, которую загнали в мышеловку. Зажали в углу, из которого нет выхода. Вернее, выход есть, но он ведет под пули.
- Марина, смотри на меня! – остановившись на бегу, я схватил девушку обеими руками за шею. – Нам всем отсюда не выбраться! Понимаешь! Никак! Я уведу их отсюда! Парни на соседней базе, у них есть шанс вырваться.
Марина сделал несколько шагов прочь, потом, развернулась, и я увидел, такую решимость в её глазах, что понял – она никуда не пойдет!
- Ты, д о л ж н а спасти людей, - медленно выговаривая каждую букву, произнес я, - Там дети.
- А, ты? – еле слышно, прошептала девушка. – Что будет с тобой?
- Ну, а я немного побегаю и присоединюсь к вам, - чересчур, бодро ответил я.
Марина, ничего не ответила и сорвалась с места, на бегу выхватывая рацию из кармана куртки.
Ну, а я так же быстро, побежал в обратную сторону - к воротам.
«Сто пятый» отправился за спину, его место в руках занял «Стечкин», с прикрученным глушителем.
Я подбежал к воротам в тот самый момент, когда два парня перелазили через забор, чтобы открыть запертые изнутри воротины.
«Стечкин» стрелял практически бесшумно, издавая лишь еле слышные щелчки, но вот пули, которые пролетели мимо, впечатались в металл ворот, с оглушительным, как мне показалось грохотом, как будто великан ударил молотом по медному тазу. Конечно, это не прошло бесследно.
