Кубинский ром стал той разменной монетой, что позволила местным «альфа-мужикам» смириться с изменением статуса и появлением строгих законов, запрещающих грабежи, изнасилования, поборы и прочие признаки откровенно бандитских анклавов.
— Сколько часов до прихода орды? — пробежавшись по городу, я встретился с командиром наших бойцов, занявших бывшую военную базу американцев, к которой мы и направились.
— Три с половиной часа. Ведомые зомби ведут себя предсказуемо, размер орды в полтора раза меньше предыдущей. По дороге отвалилась значительная часть, сформировав меньшие орды, которые будут подступать к нам одна за другой в течение нескольких дней. — отчитался полковник Дашковски. К слову, хоть он и был «местным», приплывшим к нам на Кубу с одной из волн беженцев, сам он был выходцем из бывшего СССР. Ситуация заставила его забыть о безбедной пенсии на одном из островов Карибского моря и вновь взять в руки оружие. И, несмотря на почтенный возраст, он всё ещё являлся образцом дисциплины и стойкости характера для всех молодых и безусых новобранцев.
— Хорошо, покажите мне ваши приготовления, как планируете отбивать орду. — попросил я его, и мы выехали из Лимона."
"Следуя вдоль побережья и приближаясь к нефтеперерабатывающему заводу, я обратил внимание на несколько рубежей обороны и пулемётные заставы каждые пятьдесят метров вдоль его территории.
— Битвы ведутся у его стен? — обратил я внимание полковника на оборонительные рубежи перед заводом.
— Никак нет. Это резервная линия, на случай, если что-то пойдёт не так. Сейчас мы на холмик поднимемся… Хесус, остановись на вершине! — скомандовал Дашковски, и как только мы оставили позади завод, проехали через его металлические ворота и взобрались на холм, машина замерла.
— Вот, в километре отсюда наша база. Конечно, использовать терминал для её реконструкции мы не смогли — не дотягиваемся. Пока линия постройки вытянута лишь до территории завода, что помогает нам в его реанимации. Эти металлические ворота пятиметровой высоты — как раз постройка из терминала, на самом краю освоенной области. Всё остальное своими руками возводили и возводим.
— Как дела с запуском завода обстоят? — решил я сходу поинтересоваться этим вопросом.
— Командир, это не по моей части. Есть Хосе Луис Паскаль — он занимается восстановлением завода. Он лучше меня всё это знает.
«Ну да, а ещё Афина может дать отчёт, но лучше пообщаюсь с этим человеком, когда будет время», — мысленно решил я, понимая, как важна обратная связь со столь важными для нашей экономической безопасности людьми.
— Если позволите… Смотрите, все эти линии и рубежи обороны мы сильно перестроили, и военная база напоминает сама по себе мини-крепость.