Всесильный маг Борис Ивлаев становится жертвой случайного убийства. Но даже умирая, он находит в себе силы для мести. Его путь мести и борьба за справедливость переплетаются с магией, тайнами прошлого и борьбой за выживание в опасном мире, где никто не застрахован от предательства.
Какой-то неприятный шорох. И тут же восклицание Найденова:
– Ежить помножить! Боря! Куда ты торопишься?! Я уже обратно шагать собрался!.. Шустрик!.. Но раз уж ты здесь оказался, давай хоть осмотримся… Вон там, глянь…
Все правильно. Дышать хоть и сложно, но не смертельно. Ядовитых газов нет, скорей излишки углекислоты и недостаток кислорода. Но полчаса здоровый человек выдержит. Так что осмотреться сам бог велел.
И осмотреться было на что. Если до сих пор у нас оставались бы сомнения в величии древних Строителей, то здесь они развеялись бы моментально. Ибо созданные на поверхности планеты плато не шли в сравнение с просторами, открывшимися нашим взглядам. Точнее, не просторами, а гигантскими пространствами явно рукотворного характера. И в голове не укладывалось, как подобное можно сотворить руками человека? Или здесь поработали демиурги? Создатели миров и всего прочего?
Вначале высота данного подземелья (или рукотворной пещеры?) колебалась на отметке пятисот метров. Ну и самое впечатляющее – это опоры, расположившиеся от пола до свода. Что внизу, что вверху опоры опирались на конусообразные утолщения. Основы утолщений не менее ста метров в диаметре смотрелись как перевернутые наоборот шляпки грибов. Ну и опоры между ними, или этакие ровные трубы диаметром метров под шестьдесят. Причем местами свод провисал ниже, местами – явно выше простирался, но статичности в положении свода не было. Как и пол, пусть медленно, малозаметно для глаза, но вспучивался и опадал аритмичными волнами, идущими к тому же в разных направлениях.
Опоры отстояли друг от друга метрах в трехстах, четырехстах и располагались без всякой системы, хаотично.
На всем этом лежала печать запустения, выражавшаяся ярче всего в подобии разросшихся темно-красных лиан, свисавших отовсюду и создавшими местами зависшие островки перепутанной флоры. Того же цвета кустарник, с толстыми, мясистыми листьями рос больше внизу, но и на вертикальных опорах умудрялся как-то закрепиться. Все остальные поверхности покрывал мох с довольно длинными космами, свисающими порой до полуметра.
Ну и везде густо виднелись круглые ракушки вполне обычных с виду улиток. Размеры этих ракушек, правда, впечатляли, до метра, а то и больше. Также просматривались странные пузырчатые грибы густо-фиолетового оттенка.
Единственно, где ничего не росло, так это оконечности опор, возле самых утолщений.
