Автор
Незнакомка говорила: "Желай тихо. Твои желания тебя слышат". Я никогда не задумывалась, до тех пор когда встретила Ржавчина. Книга Мертвое держит читателя на грани ожидания и проникновения в секреты мира за закрытыми страницами.
Неужели все происходящее — правда? И прямо сейчас я возьму холщовую сумку со своими скудными пожитками, выйду из магазинчика и отправлюсь в новую жизнь? Нет, я и сама собиралась это сделать, но вот так…
Неужели я попаду в Двериндариум?
К горлу подкатил комок.
Я даже не понимала, что чувствую. Радость? Скорее, растерянность.
А с другой стороны, что мне терять? Окинула взглядом комнату. Ничего. В Лурдене нет ничего и никого, что могло бы меня здесь задержать.
И внутри словно что-то переключилось. Я сорвалась с кровати, сунула в сумку футляр с портретом, вторую юбку, комплект скромного белья, расческу… И остановилась.
Ардена права — я жила здесь на правах служанки. И только.
А моего здесь ничего нет.
Накинув старый латаный плащ, я пошла вниз. Уже на лестнице услышала голоса. Первый принадлежал вдове Фитцильям, он звучал растерянно и даже испуганно. Второй — властный и жесткий, конечно, был голосом моей новой знакомой.
— Родственница? — вопрошала хозяйка книжного магазинчика. — Но ведь Вивьен сирота… У нее нет родственников!
— И поэтому вы так выгодно купили сироту за пару грошей. Очень удобно!
— Я была добра с девочкой… обучала этикету и манерам!
— С вашей бесплатной служанкой, давайте называть вещи своими именами, — оборвала Ардена, и я поспешила вниз.
— Но куда? — всплеснула руками почтенная вдова.
А увидев меня с сумкой, и вовсе побледнела до синевы.
— Вивьен, милая… но как же… я ведь думала… Рассчитывала! Что же я теперь буду делать?!
— Купите за несколько медяков новую прислугу, довольно причитать, — поморщилась Ардена.
Госпоже из столицы хотелось скорее покинуть этот дом.
— Вивьен?
Я неловко переступила с ноги на ногу, не зная, как вести себя с госпожой. Она была добра ко мне, учила и наставляла, но никогда не позволяла лишнего. Она и правда была моей… хозяйкой, подчеркивая дистанцию между нами.
— Но я ведь думала…
— Мне жаль вас расстраивать, госпожа Фитцильям, — медленно проговорила я.
