Автор
Радужными красками подкрашивают городские аллеи — здесь проходят первые художественные вернисажи. Весеннее небо дарит яркую палитру: облака плывут неспешно, стайки воробьев прыгают по дорожкам. Атмосфера полна творческой энергии и надежды на светлое лето.
Увидев Синицына, Лев предъявил свое удостоверение, прошел через оцепление к майору и хмуро спросил:
– Как это случилось?
Синицын кивнул на двоих оперативников, стоявших рядом:
– Вот они, герои! Доложите полковнику!"
"– Мы не ожидали от него такой реакции, – отозвался один из оперативников. – Он в гараже был, когда мы вошли. Догадался он, что ли, или чувствовал, что все к этому идет. Метнулся в угол и, пока я до него дотянулся, из какой-то банки незарегистрированный ствол вытащил и к виску. Я просто не успел.
– Эх, вы! – покачал сокрушенно головой Гуров. – Вы хоть представляете, что вы вообще всю операцию под угрозу поставили? Остальные уже узнали и начнут следы путать.
– Ну, мы не спецназ, мы опера, – недовольно проворчал второй оперативник. – Это они могут скакать через три машины…
– Да! Вы опера, а не спецназовцы, а значит, вы лучше, универсальнее. Вы должны чувствовать преступника, вы его насквозь должны видеть, потому что знаете, кто он такой и что у него под шкурой. Вы его должны были просчитать, каждую его реакцию, а вы решили, что войдете, ухмыльнетесь, и он сразу на колени упадет и будет молить о пощаде? Эх, вы! – с негодованием посмотрел Лев на молодых ребят.
– Кто знал, что у него в гараже пистолет спрятан, – попытался оправдаться оперативник.
– Парни, вы что, первый день в органах? У любого опера бывают такие случаи, такие моменты в работе, когда ему подворачивается неучтенный ствол со спиленным номером. Таких у преступников всегда много. Только кто-то его сдает и все оформляет как положено, фиксацией хранения и изъятия у конкретного гражданина, а кто-то не афиширует.
– Что делать будем? – спросил Синицын.
– Через час в городе будет московская бригада с группой спецназа, – ответил Лев, бросив взгляд на часы. – Придется всех брать сразу.
Он отправился в управление. Лев не знал, что будет делать, что предпримет, если увидит, что Половец или Семанов попытаются уехать, покинуть здание. Все и так уже пошло наперекосяк. Хотя вся его командировка с самого начала пошла как-то не так. А может, как раз так и надо, думал он с горечью.
