Туда, куда не доберутся скаэны, не добредут рвары и не ступала нога перебежцев. Поселись там, скрывая свой дар - оба дара, и живя на средства, которые тебе передадут. Дождись меня там, я приду.
И помни, мой котенок, даже обычные кошки всегда падают на четыре лапы, а ты кошка Хаоса, ты не падаешь, ты способна летать».
Я дочитала письмо до конца, я перечитала последнее предложение дважды, и отбросила листок в сторону. Он сгорел еще в полете, и на пол не упало даже пепла - чары самосожжения на нем определил бы и первокурсник, что уж говорить обо мне.
И несколько долгих минут после я сидела совершенно оглушенная, понимая, что могла получить и прочитать это послание гораздо раньше, но видимо подвел тот из тринадцати, что находился неподалеку от замка отчима, иначе бы дядя Тадор не написал «ступай в наш скальный схрон». Не езжай, не беги, не отправляйся - а ступай, значит один из хранителей тайника был совсем рядом и не выполнил свою клятву.
На мгновение я представила, что было бы, получи я это письмо после гибели дяди Тадора? Что было бы тогда? Не знаю, но абсолютно уверена - не было бы Некроса, не было бы Гобби, Норта, Эдвина, Дана и лорда Гаэр-аша. Не было бы для меня этих Мертвых игр… Но они все равно были бы для них! Весь план отступников не изменился бы ни в чем, хуже того – они бы неизменно погибли, все четверо, они и этот город, полный счастливых семей.
- Вы никуда не поедете, да? - вдруг спросил наблюдающий за мной мастер Агуд.
- У вас были инструкции вывести меня? - спросила прямо.
Он кивнул, затем подтвердил:
- Да. Но исключительно с вашего согласия.
- Почему? - спросила почти шепотом. Мастер Агуд ответил, глядя мне в глаза:"
"- Потому что ваши глаза обрели насыщенный зеленый цвет, Риа, и меня сильно и с трудом преодолимо к вам тянет. Ваша кровь просыпается. Уже почти проснулась, несмотря на то, что вам сколько? Семнадцать? Да, всего семнадцать, я считал, считал каждый год, в течение которого вы не появлялись на моем пороге.
Рано для пробуждения крови Хаоса, слишком рано, но кровь активировала и запустила режим выживания, а значит вам пришлось нелегко, очень нелегко. И любое нервное потрясение сейчас, как спусковой крючок - запустит в вас необратимые процессы. И менее всего, мне хотелось бы стать причиной этого.