Мертвые хризантемы — читать онлайн бесплатно полностью

Отработали день – и весь вечер и всю ночь гуляй, пиво, дискотеки, девушки… – он мечтательно закатил глаза, и Полина в шутку ткнула его кулаком в плечо:

– Ты не заговаривайся, отец семейства! «Девушки»!

– А что? Это до нашего знакомства было. Но знаешь, что самое любопытное? Мой одногруппник Витька Филатов теперь этим цементным заводом руководит. Мы иногда по работе перезваниваемся, так что, если хочешь, я ему позвоню и попрошу, чтобы устроил тебя по-человечески. А то знаю я вашу контору – поселят в какой-нибудь дыре.

– Ой, Лева… какая разница, куда ночевать приходить?

– А мы бы могли с детьми как-нибудь в выходной к тебе приехать, – нанес решающий удар Лев, и Полине пришлось согласиться:

– Ладно, черт с тобой. Только давай так – я сперва осмотрюсь, прикину, что там к чему, а потом сама позвоню твоему приятелю, если в этом будет необходимость.

Лев только головой покачал. Полина иной раз до смешного хотела быть самостоятельной, не пользоваться поддержкой и решать вопросы без помощи мужа, и Лев уважал это стремление, хотя в некоторых случаях считал его излишним.

– Когда едешь? – спросил он, вставая и вынимая из шкафа две чашки.

– Завтра. У меня билеты на вечерний поезд, утром буду на месте. Заселюсь в гостиницу, приму душ – и к коллегам.

Комплекс утренних упражнений выполнялся автоматически, сам собой, словно тело действовало в полном отрыве от головы – так надо, так привычно, так правильно. Через полчаса – контрастный душ, потом чашка кофе и просмотр почты, беглое чтение новостей и телефонный звонок. Можно, конечно, и не звонить, но… Так надо, так привычно, так правильно.

– Доброе утро. Как твое самочувствие?

– Доброе утро. Спасибо, все хорошо. Как ты?

– Я в порядке, собираюсь на работу.

Положить трубку, задержать дыхание, зажмурить глаза, посидеть так, считая до десяти, а потом резко выпустить из себя воздух с шумным звуком – словно сбросить негатив, затопивший изнутри, как воду с плотины. Все, можно собираться.

Эти ритуалы, такие обыденные, незатейливые, давно не приносили ничего – ни удовольствия, ни раздражения. «Так надо, так привычно, так правильно», – повторяя это, было легче совершать какие-то действия – всегда, с самого детства.