Автор
Директор полиции вызвал коллежского асессора за необычным задание. Лыков, обычно спокоен, кажется впал в депрессию. Он смотрит сквозь пол, словно уловив что-то невидимое. Дурново предлагает отпуск, но подразумевает что-то более загадочное.
На Сахалине тайга другая, много хуже. Болота да гари. Всюду поваленные деревья – замучишься перелезать. Ориентироваться невозможно – кругом трава в полторы сажени высотой. Ничего не видать! Шагу ступить нельзя без особенных усилий. Или в болото провалишься, или в буреломе застрянешь. А хуже всего чертов бамбук! Сильный, отдохнувший, накормленный человек проходит в день самое большее восемь верст. Восемь! А как пройти триста? Беглому, слабому, у которого только сухари… Через день он устанет и осилит еще меньше. Потом еще… После двадцатой версты каторжник сам не рад, что сунулся в тайгу.
– Хорошо! С запада уплыть нельзя. – Лыков ткнул пальцем в восточное побережье своего округа: – А отсюда?
– Отсюда? Хм… А на чем? Гиляцкую лодку угнать можно, не спорю. А дальше что? Охотское море сожрет ее мигом. Залив Терпения продувается насквозь. Очень сильная волна! Дойти отсюда до материка можно лишь на рыбачьей шхуне.
– Вот! – обрадовался Лыков. – К ним наши беглые и попросятся!
– А чем они заплатят за услугу? – парировал штабс-капитан. – Грязными обносками да сухарями? У беглых других капиталов нет. А японцев сейчас заставляют платить пошлину за рыбные ловли. Если власти поймают их с беглыми на борту, и патент отберут, и пошлину не вернут. Зачем косоглазым такие приключения?
– По вашему выходит, что из Корсаковского округа бежать невозможно?
– Эх, Алексей Николаевич! Место вам досталось, по правде сказать, самое лучшее.
– Почему же?"
"– А вот взгляните опять на карту. Видите? Два срединных округа связывает накатанная дорога.
