Грегори уже не помнил, когда в последний раз чувствовал себя таким живым. Хотя нет, помнил, конечно: полтора года назад. И ни разу с той ночи, когда произошел пожар в госпитале. Даже когда к нему на время возвращался магический дар, это было иначе — эйфория, пьяное счастье, ощущение всемогущества. А уж как целитель он знал наверняка: вслед за эмоциями на пике всегда приходит откат. Сейчас же все было по-другому: не хотелось думать ни о прошлом, ни о будущем, ни о чем-либо жалеть. Ловить момент — да.
Однако неопытных девушек у него прежде не было, и целитель внутри победил эгоиста — Грег протянул руку и осторожно, чтобы не разбудить Кардинес, коснулся ее плеча: аура здорового человека, полный магический резерв. Будь у него магия, он мог бы сделать первую близость для партнерши полностью безболезненной, но, к счастью, и она не была простой смертной, и к утру ее самоисцеление уже справилось со всеми неприятными последствиями.
Несмотря на то что действовал Грегори осторожно, веки Эль все-таки дрогнули. Глаза она еще не открывала, зато улыбнулась тепло и вместе с тем довольно.
— Что ты делаешь? — спросила хрипловатым спросонья голосом.
Он не стал врать.
— Проверяю твое здоровье.
Она хихикнула и глубже зарылась носом в подушку.
— Чувствую себя прекрасно, — приглушенно донеслось уже оттуда.
— Вижу, — отозвался Грегори и убрал руку с ее плеча. Но только затем, чтобы перенести ее ниже, провести по обнаженному бедру, подхватить под коленку, и закинуть ногу на себя.
Эль не только не протестовала против такого самоуправства, но и тут же придвинулась ближе, чтобы обоим было удобнее. А потом еще и обвила его шею рукой, вынуждая наклониться ниже.
— Ты мне нравишься, — прошептала все еще сонно и клюнула его носом в щеку с уже пробивающейся щетиной.
— Я побреюсь, — клятвенно пообещал Грег, притягивая ее к себе ближе. — А уж как ты мне нравишься…
После чего, не глядя нащупав край одеяла, бессовестно отбросил его в сторону.
Эль снова не возражала.
***
Рассветало в Приме в это время года особенно рано, поэтому даже спустя два часа город еще только просыпался. Из приоткрытой форточки доносился звук метлы дворника и голоса первых прохожих. Зашевелились и соседи: за стеной что-то уронили, в коридоре проскрипели половицы.
Грег все еще расслабленно валялся на кровати, правда, теперь полусидя и подложив себе под спину подушку. Нужно было одеться и убираться восвояси, пока не проснулось вообще все общежитие и кто-нибудь не заметил его выходящим из чужой спальни. Но двигаться было лень, и он позволил себе побездельничать еще несколько минут. Кроме того, покидать комнату в отсутствие ее хозяйки попахивало бегством, а ему не хотелось, чтобы Эль неверно истолковала причину его ухода.