Автор
В эпизоде Мертвого Сезона в Раю, чудовища визжит и поливает жертву ядом. Эль не успевает укрыться, и слизь непрошенная осыпает ее плечо, но даже тогда она остается цела. Эта книга раскроет гротескный мир за пределами человеческой реальности, где каждый день становится тяжелее предыдущим, и каждая жертва — еще одна дверь в неизведанное зло....
Эль обреченно стукнула себя ладонью по лбу.
***
К счастью, после того как выяснилось, что Лоуфорд наврала всем с три короба (Эль — что забыла взять документы от Ферда, а Ферду — что отнесла все в гильдию), дело сдвинулось с мертвой точки: сыскарь просто-напросто отправил секретаря в архив за копией приказа.
— Смотрите. — Вручив Элинор принесенные документы и заметив, как она с опаской вглядывается в схематично изображенную на них территорию погоста, Ферд наконец-таки решил сменить гнев на милость и, достав из ящика стола крупномасштабную карту местности, расстелил ее на своем столе.
Эль подошла ближе и тоже склонилась над картой, а подбежавшая вслед за ней к столу Инни услужливо прижала пальчиком норовящий снова закрутиться в рулон край.
— Вот тут находится вход. — Сыскарь взял карандаш из подставки и, перевернув его непишущей стороной вниз, провел по карте невидимую линию. — Здесь ворота… — Элинор кивнула. — А вот здесь направо есть тропинка вдоль ограды…
— Знаю-знаю! Мы там сегодня были! — Обрадовавшаяся Инесса захлопала в ладоши, из-за чего ей пришлось выпустить кончик карты, и та, естественно, тут же наполовину свернулась в трубу.
Эль закатила глаза в очередной раз. Ну что за детский сад?
Ферд же невозмутимо протянул руку и, расправив бумагу, сам положил ладонь на край; вопросительно посмотрел на Элинор.
— Поняли место?
Забавно, что с тех пор, как достал карту, сыскарь в принципе разговаривал только с Эль, несмотря на то что прекрасно знал, что его благоверная должна будет тоже отправиться на кладбище.
— Поняла, — ответила Элинор. Впервые за все время их знакомства Ферд разговаривал с ней действительно уважительно и по-деловому, наконец-то затолкав поглубже свое личное отношение к темным. Поэтому и поблагодарила она его искренне: — Спасибо. Теперь точно не заблудимся.
Сыскарь серьезно кивнул.
— А, может быть, сперва попьем чаю, а потом примемся за дела? — Невинно захлопала ресницами.
Вот же позерка…
Однако Ферд (может, он все-таки не так уж и плох?) на провокацию не повелся и уверенно покачал головой.
— Прости, не сейчас. Работа.
Ну, хоть кто-то помнит о своих обязанностях.
