Автор
В эпизоде Мертвого Сезона в Раю, чудовища визжит и поливает жертву ядом. Эль не успевает укрыться, и слизь непрошенная осыпает ее плечо, но даже тогда она остается цела. Эта книга раскроет гротескный мир за пределами человеческой реальности, где каждый день становится тяжелее предыдущим, и каждая жертва — еще одна дверь в неизведанное зло....
Она уже потянулась к ручке двери, как снова замерла и обернулась в сторону выхода."
"«Здание прекрасно просматривается», — сказал Ларсен и наверняка имел в виду не только внешнюю угрозу: то, что за ней и ее действиями сейчас следят с улицы магическим зрением, было очевидно.
С другой стороны, отцу о ее связи с Тэйтом уже донесли. Так какого черта ей отчитываться перед остальными?
И Эль, повернувшись, решительно потянулась к ручке снова.
Но не успела: дверь распахнулась сама.
***
Он узнал ее по шагам — сам от себя не ожидал.
Сорвался с места, выглянул в окно и правда увидел уже знакомых ему магов. Тех самых, с которыми общался вчера, когда сдуру поперся на постоялый двор, где остановились столичные гости, и пытался увидеться с Эль. Значит, не ошибся: где личная охрана Элинор Викандер, там и их подопечная.
А дальше Грег не думал: развернулся и бросился к двери.
Она стояла сразу за порогом, вся какая-то взвинченная, как будто готовилась бежать или драться.
— Что случилось? — выдохнула Эль, неосознанно потянувшись к его лицу.
И Грегори так же неосознанно отдернул голову. Не от нее, а потому что этот жест вдруг напомнил причитания матери: «Маленький мой, ты опять подрался?» Правда, тогда ему было лет десять от роду. И уже тогда подобная бурная реакция не стоила свеч — самоисцеление убирало мелкие раны за несколько часов.
Теперь самоисцеления не было вовсе, и разбитая еще прошлым вечером Викандером губа, едва подживая, норовила треснуть снова при каждом неосторожном движении. Но это всего лишь губа, а не оторванная конечность, в самом-то деле.
Элинор же, неправильно поняв его реакцию, тут же отдернула руку, будто обжегшись.
— Так, значит, — пробормотала голосом, теперь напрочь лишенным эмоций, и попятилась, явно намереваясь развернуться и немедленно уйти.
И может быть, правильнее было бы оставить все как есть. Пусть считает его обидчивым придурком и уезжает, думая, что ему плевать…
Но плевать Грегори не было настолько, что он все-таки не сдержался. Шагнул к ней, уже намереваясь заключить в объятия... и вдруг резко остановился, вспомнив про ее охрану. Все-таки это не просто его Сардинес, это леди Элинор Викандер, репутация которой и так уже достаточно скомпрометирована.
