Анна сжимает кулаки, готовясь ответить Игорю, когда внезапно замолкает. Она видит в его глазах страх и оправдания, но больше всего - злобу и желание причинить боли. Атмосфера напряженна как стекло под пронизывающим холодом зимы.
Глаза насыщенного кофейного цвета, красивые, выразительные. Губы… Как спелые вишни. Моя Вишня. Хочу, чтобы была моя. Теперь очень хочу. Кожа светлая, нежная, волосы красивые, и эта тонкая маечка…
Хочу!
Мне снова мало. Хочу большего. Хочу вживую.
Моя красавица. Тонкая, с долей сексуальности. Не пошлой, как сейчас модно. Эротизм между строк – в глазах, в губах.
Сохраняю себе фотографию, кидая в папку к ее губам и ножкам.
Мерзавец:«Уже жалею, что попросил фото…»
Вишенка:«Не соответствую твоим ожиданиям? Так бывает.
Мерзавец:«Феноменальная женская логика! Я жалею, потому что теперь мне мало просто фото. Теперь я знаю, какая ты, и хочу вживую. Вдохнуть твой запах, прикоснуться, почувствовать… А-а-а-а-а! Вишня, ты меня убиваешь».
Вишенка:«Твои запросы растут в геометрической прогрессии».
Мерзавец:«Да! Но в этом ты виновата».
Вишенка:«Я? В чем же я виновата?»
Мерзавец:«Потому что нельзя быть красивой такой».
Вишня:«А ты прям опытный обольститель. Мастер этого дела, я бы сказала».
Мерзавец:«Это да. Но с тобой я искренен. Во всем, что пишу и говорю, нет лести и фальши».
Неделю спустя"
"Киса всё-таки беременна. Результат пришел мне. По срокам я могу быть предполагаемым отцом. Могу и не быть. Больше того, я хочу им не быть! Но если да, то ответственности не снимаю. Не знаю, как мы будем договариваться с Кисой, но жениться я точно не собираюсь. Материальная помощь – да. Забота – да. Помощь с ребенком – да. Принятие ребёнка тоже. При каких бы обстоятельствах мы его ни зачали, он мой.
Мы сидим в кофейне в торговом центре, пьем кофе и пытаемся говорить. Я не хотел встречаться в общественном месте. Но Кира непробиваемая. Она бессмысленно пытается мной манипулировать. Сначала неделю игнорила – видимо, ждала, когда я начну ее умолять и извиняться за то, что усомнился в ее беременности. Когда поняла, что такой номер со мной не прокатит, назначила встречу здесь.
— Мот.
— Да куда серьёзнее, — качаю головой, крутя в пальцах зажигалку.
— Мы не планировали. Но так вышло… — разводит руками. — Я тоже в шоке. Но надо как-то жить с этим обстоятельством.
— Ты называешь ребёнка «это обстоятельство», — цокаю я.
— Не придирайся к словам, — отмахивается она. — Я к тому, что мы публичные люди. Мы уже не можем без этого жить.
