В черте города царит хаос — дверные ручки, шпингалеты и оконные створки обрели новую жизнь, превратившись в копья. Люди вырубили рамы и двери прямо с косяков, поотвинчивали сантехнику и электросчетчики. В результате на первом этаже остались только толстые темные балки, торчащие ржавыми гвоздями над землей. Атмосфера нереальной угрозы и неизвестности проникает в каждый дыхание города....
Четверо человек были ранены, только бронежилеты спасли их от гибели.
Следующая очередь ударила по верхней кромке забора. Но тут открыли ответный огонь снайпера с крыши хладокомбината. Расстояние едва ли составляло полторы сотни метров, и после нескольких торопливых выстрелов пулеметный огонь был подавлен. Но теперь заговорили автоматы. Трое собровцев, успевших спрыгнуть во двор, оказались прижаты к земле. Один из них оказался легко ранен. Все трое не по разу отбывали двухмесячные чеченские командировки и сейчас огрызались короткими очередями, стараясь не подпустить слишком близко противника и сковывая его действия.
"Тут погасли прожектора и двор погрузился во тьму, изодранную вспышками выстрелов, красными огнями трассеров и искрами рикошетов. Но темнота, скорее всего, была на руку атакующим. Кто-то из них установил на крыше мощный фонарь, ослепительный луч которого, направленный точно на окошко под кровлей амбара, больше не позволял вести прицельный пулеметный огонь.
Двое ""старфорсов"", используя штабель ящиков как лестницу, перемахнули через забор на территорию соседней базы.
– Стоять! Не двигаться! Бросай оружие!
Но тренированные парни покатились по земле, стреляя из автоматов на звук. Последовала короткая перестрелка. Собровцы скрывались за пакетами металлических труб и патронов не жалели. Из них никто не пострадал, а оба ""старфорса"" были сражены наповал. Они оказались без бронежилетов, правда в полном камуфляжном обмундировании.
Еще четверо пытались вырваться на джипе. Надо сказать, что машины во дворе стояли не как попало. Со стороны ворот их не было видно вообще за расставленными металлическими контейнерами. В стенках контейнеров темнели небольшие амбразурки, через них вели огонь ""старфорсы"". Старший лейтенант Старков предполагал, что однажды его базу придется оборонять, и превратил её в небольшой укрепрайон.
Собровцы, разъяренные, – только что четверых их товарищей, срезанных пулеметной очередью, увезли в госпиталь, ввязались в бой, но больше на рожон не лезли и снижали интенсивность огня.
