В черте города царит хаос — дверные ручки, шпингалеты и оконные створки обрели новую жизнь, превратившись в копья. Люди вырубили рамы и двери прямо с косяков, поотвинчивали сантехнику и электросчетчики. В результате на первом этаже остались только толстые темные балки, торчащие ржавыми гвоздями над землей. Атмосфера нереальной угрозы и неизвестности проникает в каждый дыхание города....
Странное совпадение, но ребра ему переломали буквально в двух кварталах от того места, где Виолетту сегодня сбил автомобиль.
Он тогда отправился поздно вечером на уличный рынок, чтобы распросить торговок о том, как сгорела его мать. Тетки, продающие всякую еду после закрытия продуктовых магазинов, страшно пугались его вопросов и ничего не говорили. Слишком поздно Славка понял, что бандитский молодняк, контролирующий ночной рынок, не только запугивает, но и действует. Отделали его крепко, а потом отвезли в больницу.
А сейчас сама Виолетта оказалась здесь. Славка, стараясь думать о чем-нибудь другом, чтоб не терзать себя малоприятными воспоминаниями и дурными мыслями, огляделся по сторонам.
– Вы Водянкин? – в коридор вышла суровая медсестра. – Заберите вещи жены.
– А? Что? – всполошился Славка, до него не сразу дошло. – Да, да, конечно, я – Водянкин. Что забрать? – потом спохватился, что не то говорит, и спросил: – Как она?
– Четыре ребра сломано, отросток позвонка с незначительным смещением, трещина берцовой кости, – женщина принялась быстро перечислять, – гематомы, ссадины, пневмоторакс… Сотрясения вроде нет.
– Это все мне? – растерялся Славка. – А Виолетту можно увидеть?
– Она уже на пятом этаже, в травматологии. Состояние средней тяжести. Завтра завотделением пропуск выпишет.
– А женщину раненую привозили? – вспомнил Славка.
– С огнестрельными, что ли? В морге.
Медсестра вышла. Славка сокрушенно покачал головой, со вздохом завернул в грязный пуховик одежду Виолетты и направился к выходу.
