В черте города царит хаос — дверные ручки, шпингалеты и оконные створки обрели новую жизнь, превратившись в копья. Люди вырубили рамы и двери прямо с косяков, поотвинчивали сантехнику и электросчетчики. В результате на первом этаже остались только толстые темные балки, торчащие ржавыми гвоздями над землей. Атмосфера нереальной угрозы и неизвестности проникает в каждый дыхание города....
И об этом знали всего пара милицейских начальников и главврачи госпиталя и больницы.
Медсестра, ухаживавшая за Виолеттой, знала совсем другую фамилию, а палата считалась коммерческой, для новых русских. Здесь даже телефон имелся. Кровать-полуторка, ковер на полу, холодильник, телевизор, диван и кресло для посетителей, а также персональный санузел с ванной – все это больше напоминало трехзвездочную гостиницу, чем нормальную российскую больницу. Платил за все Славка, а Виолетта была убеждена, что это начальство похлопотало.
– Ладно, о деле, – Ямщиков поднялся с дивана, прошелся по комнате, посмотрел в окно. – Месяц назад предвыборный рейтинг Ляпунова был впятеро выше, чем у Будякина, и каждую неделю подрастал на процент-полтора. Остальные претенденты практически оказались вне игры. Сомнений в исходе голосования ни у кого не было. И вдруг загадочное самоубийство лидера движения ограбленных вкладчиков Сузикова. Ползут разные слухи, а заместитель Сузикова, оказывается, уже трудится в штабе Будякина. Там начинается раздача грошовых компенсаций старухам, и все эти ограбленные вкладчики, которые в Ляпунове души не чаяли, дружно перебегают к новому благодетелю, становясь в очередь с протянутой рукой.
– Предлагаешь заняться политикой? – подала с кровати голос Виолетта.
– Когда политика займется нами, будет поздно, – мрачно заметил Славка.
– Юноша прав, – кивнул Ямщиков. – Для Будякина Госдума – только первый шаг. Следующий шаг – губернаторство или мэрство. И тогда нам всем капец придет – большой и черный. Посмотри, что на Дальнем Востоке делается. Там губернатор, чтобы неугодного мэра столкнуть, целую бригаду оперов сдал.
– Пермяков – понятно, я тоже, – согласилась Виолетта, – а ты каким образом?
– Но я же сейчас здесь, с вами, и в курсе всего.
