Саша посмотрела туда и вздрогнула: вместо Жнеца и его собаки она увидела белую фигуру, словно сотканную из самого тумана, хотя спустя мгновение поняла, что это просто женщина в длинной ночной рубашке, стоящая на подоконнике на втором этаже.
— Лиля… — едва слышно прошептала Саша, словно боялась спугнуть фигуру.
Та посмотрела в том же направлении и тихо ахнула, не зная, что делать. Впрочем, ничего сделать никто из них и не успел бы. Женщина обернулась назад, а потом поспешно начала открывать окно. Судя по всему, она плохо соображала, что делала, потому что даже не попыталась как-то слезть по внешней стене дома, а просто нырнула в окно, падая на землю головой вниз. Совершенно безмолвно, словно у нее отнялся язык.
Отвратительный звук последовал мгновение спустя: тело упало на землю. Лиля непроизвольно зажмурилась и тяжело сглотнула. С их места она не видела тело на земле, но ее богатое воображение нарисовала всю неприятную картину.
— Боже мой… — выдохнула она, не в состоянии поверить в произошедшее. Подобные вещи всегда кажутся какими-то мультяшными, ненастоящими.
Саша вышла из оцепенения первой. Не говоря ни слова, она пересекла дорогу и рванула к упавшей женщине, Лиля даже не успела заметить, как она открыла калитку, и спустя секунду скрылась в темноте. Когда она сама добежала до дома, Саша уже стояла на коленях рядом с телом. Не нужно было иметь медицинское образование, чтобы понять: врач, даже реаниматолог, здесь уже бессилен.
— Все, — подтверждая это, произнесла Саша, не глядя на нее.
Лиля тоже на нее не смотрела. Она смотрела наверх, в окно второго этажа, из которого выпала их соседка. Одна створка была распахнута и все еще слегка покачивалась от ветра. С этого угла темная комната за окном выглядела просто черным провалом, но Лиле почему-то казалось, что из него на них кто-то смотрит. Мурашки бегали наперегонки по ее телу, а сердце стучало где-то в горле, но оно замерло, когда из черноты высунулась рука с серпом, подцепила ручку окна и потянула на себя.
— Са… Саша, — в панике позвала Лиля, одновременно вытягивая руку в ее сторону, словно желая схватить, и пятясь назад, что только увеличивало расстояние между ними.
Та то ли не услышала, то ли не подумала, что она хочет обратить ее внимание на что-то важное. И лишь когда створка окна со слишком громким для ночной тишины грохотом захлопнулась над ее головой, она вздрогнула и тоже посмотрела наверх, но ни серпа, ни того, кто держал его в руке, уже не успела увидеть.
