Автор
Сегодня в столице все казалось неспокойным. Театральная площадь сотрясалась, словно там упал улей с пчелами, а в соседнем салоне госпожи Шапийон разгорелись дебаты о новых интригах и загадках. Месть лавандовой феи гремела по городу, будоража мирный покой обычных людей....
Теали не догадывалась, какие мысли бродят в голове у Джеммы, ее занимала готовящаяся афера, а потом мысли плавно съехали на предстоящую встречу с адептами культа Коры. Хотя Кай говорил с ними от ее имени, появиться и представиться нужно. И даже не столько представиться, сколько провести ритуал приветствия луны.
Давным-давно культ разлетелся на осколки. Какие-то фрагменты были важными, как, например, династия благословленных жриц, проходящих посвящение в том самом храме, превращенном в тюрьму.
Были и не слишком важные фрагменты. Например, лаванда «Сиреневая госпожа». Даст Кора — появится другой сорт, а может быть, и вовсе другое растение.
— О чем ты так увлеченно думаешь? — Каю бы хотелось услышать, что о нем, но он понимал, что мысли Теали далеко."
"— О высоком, — хмыкнула она.
— Теа, на тебя не похоже.
Кайден лукавил. Очень редко, буквально пять-шесть раз за все время знакомства, Теали впадала в подобное мечтательное состояние, каждый раз после смены обстановки.
— Я думаю, что неправильно говорить, будто культ запретили. Как можно запретить Кору, саму жизнь и смерть? Это чушь. То есть формально да, запретили, но я думаю, что повернулось колесо. Культ умер, чтобы возродиться обновленным.
Кай прижал к лицу ладонь. Хотя в рассуждениях Теали звучала некоторая логика, от пафоса сводило зубы.
— Теа…
— Послушай, — оживилась она. — Знаешь, что все это значит для нас с тобой? Это значит, что у нас все получится!
Теали широко улыбнулась и засмеялась.
Кай только вздохнул — Теали говорила об успехе дела, а не о них двоих.
Джемма, тоже слушавшая Теали, растерянно улыбнулась — мечтающая Теа была ей незнакома.
— Я думаю, что людей Райдена нужно предупредить о двойнике, — решительно сменил тему Кайден.
— Поддерживаю, — кивнула его напарница.
Во-первых, двойник сам мог выдать себя незнанием тайных знаков.
