Автор
Сегодня в столице все казалось неспокойным. Театральная площадь сотрясалась, словно там упал улей с пчелами, а в соседнем салоне госпожи Шапийон разгорелись дебаты о новых интригах и загадках. Месть лавандовой феи гремела по городу, будоража мирный покой обычных людей.
Кто-то неизвестный сумел пробраться прямиком в ее комнаты, несмотря на слежку? Кем бы он ни был, он кто-то очень непростой.
— Госпожа? — растерялась горничная.
— Я взгляну на конверт. Принеси его мне, Ликия. Не думаю, что это опасно. После решу, что делать дальше.
— Да, госпожа. — Девушка явно чувствовала облегчение от того, что у нее забрали ответственность принимать решения. — Сейчас, госпожа!
Через минуту-другую на столе уже лежал белый узкий конверт. Совсем простой, никаких украшений, водяных знаков или печатей. Просто белый лист, свернутый особым образом и даже не заклеенный.
Вдовствующая королева какое-то время смотрела на послание от неизвестного, потом все же взяла конверт в руки и открыла его.
— Ваше величество! — Перепуганная насмерть горничная бросилась поднимать осевшую на пол возле стола Джемму и уже открыла рот, чтобы завопить на весь гостевой дом, что королеве плохо и чтобы вызвали лекаря!
— Тихо, Ликия, не кричи, — остановила ее Джемма. Она была очень бледна, говорила тихо, но быстро взяла себя в руки и с помощью горничной добралась до кресла. — Это просто чья-то глупая шутка. Не нужно шуметь.
— Госпожа, ваше величество, да как же… на вас же лица нет! Что там было? Вот я дура, надо было выкинуть в помойку эту гадость! Или Зеленому отдать, пусть бы ему плохо было!
— Нет.
Королева продолжала говорить тихо, но на Ликию подействовало, настолько внушительно прозвучало. Девушка замерла перед своей госпожой, часто-часто моргая. Она видела, что королеве стало дурно, а значит, следует позвать целителя, однако королева запретила.
— Госпожа-а-а, — промямлила Ликия.
— Сделай мне чаю с боярышником и никому, ни единой живой душе не говори про конверт и про то, что сейчас произошло. Я полагаюсь на тебя.
— Да, госпожа.
— Впредь, если увидишь подобные конверты, сразу отдавай мне и помни, что знать о них никому, кроме меня, не следует.
Ликия кивнула, хотя происходящее ей не нравилось. И дело было не только в том, что королеве стало дурно. От тайных писем веяло интригами, очень нехорошими интригами, о которых ее предупреждала бабушка. Ликия мечтала о большом путешествии, столице и сказочном шансе выйти замуж за стража из тех, которые охраняют дворец. Бабушка только головой качала и называла дворец змеиным гнездом. Ликия незадолго до отъезда слышала, как ба молилась Пресветлому.
Спохватившись, она бросилась за чаем.
Джемма, оставшись в одиночестве, вернулась к письму.
На первый взгляд оно было безрассудно смелым и одновременно глупым.
