Взгляд устремлен в казенное помещение — просторная комната с обшарпанным столом и пара старых стульев. Серые стены, крашеный потолок, и единственное окно со штукатуркой вместо рамы. Здесь чувствуется тоска и窒息— неприятное липкое ощущение давления в груди. Внезапно Игорь осознает, что это как будто именно так должно быть внутри закрытого пространства....
«Что, черт его дери, здесь происходит!», — недоумевал Решетов. Он коснулся мечом тел одного из палари — тот был из плоти и крови. Получалось, что … Сергей огляделся. Он был в каком-то странном месте … В радиусе пяти метров от него все было вполне реально, а вот дальше … Дальше окружающая действительность была размыта, словно он находился в помещении, созданном из стекла, за пределами которого лил сумасшедшие ливень. На том пятачке неведомой реальности, где он оказался, осязаемым были лишь тела палари и кресла под ними.
Вывод напрашивался только один — палари каким-то образом перенесли свои физические оболочки в иной мир или реальность — называть можно как угодно, и уже отсюда атаковали его, используя свои ментальные проекции.
«Мля, как все сложно …», — с раздражением подумал Решетов. — «Да и какая, к чертям, разница? Скорее всего, если уничтожить этих, то исчезнут или погибнут и те … Чего голову ломать!»
Не мудрствуя лукаво, Седой короткими росчерками клинка вспорол горло четверым палари и остановился перед Диламом.
— Ну что, философ? — мрачно спросил Сергей неподвижное тело. — Вот и настал тебе пиз …"
"Неожиданно жрец открыл глаза и, увидев пред собой Решетова, воскликнул от неожиданности. Признаться, сам Сергей тоже на несколько мгновений впал в ступор от неожиданного возвращения палари в свое тело.
Очнулся Решетов в том же подземном зале. Вокруг была мертвая тишина, лишь изредка слышалось слабое шипение догорающих факелов. Он поднялся на ноги, осмотрелся и заметил, что выход в катакомбы был открыт. Вне всяких сомнений — Дилам, спасая свою жизнь, даже не позаботился о том, чтобы перекрыть выход Решетову.
