Взгляд устремлен в казенное помещение — просторная комната с обшарпанным столом и пара старых стульев. Серые стены, крашеный потолок, и единственное окно со штукатуркой вместо рамы. Здесь чувствуется тоска и窒息— неприятное липкое ощущение давления в груди. Внезапно Игорь осознает, что это как будто именно так должно быть внутри закрытого пространства....
«Ну что ж, уважаемый Дмитрий Валентинович! Похоже, что ты — единственная на данный момент моя надежда!»
Еще в течение некоторого времени Игорь пересматривал хроники с К 777. Счастливые, вдохновленные лица ученых. Уютный маленький городок. Как они там все, живы ли? Не к месту, совершенно неожиданно, в памяти всплыли слова дяди: «Страна в жопе … Жрать друг друга будем … Всем нам кишки на кулак намотают, если до греха дойдет» Игорь замер … А что, если изотопы, внеземные технологии и прочее — не так важно? Не так, как сама территория планеты, находящейся на неопределенном удалении от Земли? Мир, куда можно свалить всем, у кого на этой планете пригорают пятки?»
Игорь нервно сглотнул и с шумом выпустил воздух.
Размышления прервали звуки шагов за закрытой дверью.
— Лицом к стене! — голос того самого прапорщика, что сопровождал Котова в помещение.
Игорь внутренне подобрался, деловито водрузил сцепленные в замок ладони на стол прямо перед собой и пронзительно уставился на дверь.
— Товарищ полковник, ваше приказание выполнено — осужденный доставлен! — рука прапора было дернулась к «пустой голове», но, опомнившись, он довольно неловко «скруглил» движение и с корявым указующим жестом обратился к заключенному:
— Проходи … те, — видимо, незадачливый фсиновец каким-то образом был осведомлен о том, кем является заключенный, поэтому — решил все-таки обратиться к нему на «вы».
Игорь, не удостоив прапора ответом, с нескрываемым интересом воззрился на человека, преступившего порог комнаты. Моложав — пятьдесят с копейками, не больше. Все еще шикарная шевелюра темных с изрядной проседью волос. Кожа, как и у любого арестанта, находившегося несколько лет в застенках, бледная. Цепкий взгляд красивых карих глаз. Подтянут, жилист — что легко угадывалось под складками дорогого спортивного костюма.
— Прошу вас, Дмитрий Валентинович, присаживайтесь.
В ответ Логинов сухо кивнул подбородком, мягко подвинул стул и присел.
