— Мы только что узнали, это непередаваемая утрата для всех нас, если тебе что-то…
— Нет, спасибо, пока ничего не надо, — совершенно неподобающим образом прервал я ее словоизлияния, показывая гвардейцам, чтобы тащили меня незамедлительно в мои покои. — Гарич!
— Да, барон! — Он спешился, передавая поводья расторопным конюхам и подходя ко мне.
— Легион тоже поднимай, пусть их капитан с офицерами прибудет ко мне под вечер.
— Будет сделано, барон. — Кивнул он и, не дождавшись других указаний, ушел по делам.
Оставшись наедине с собой, уже у себя в покоях, тупо уставился в стенку, не в силах собраться с мыслями. Голова шла кругом, все так неправильно идет в последнее время, прямо как проклятие какое надо мной. Даже не верилось, что теперь эти стены не будут наполняться такой милой сердцу руганью старого пройдохи. Вроде как вернулся домой, а он неожиданно стал пустым и каким-то не родным, что ли, холодным.
— Что-то нужно? — В комнату совершенно незаметно и бесшумно проскользнула Тина. — Ты вообще как? Держишься?
— Чай. — Я вздохнул, подбирая расхлябанные чувства в кулак. — Писчие принадлежности и графиню сюда.
— Она-то тебе зачем? — Лицо исказила легкая гримаска недовольства. — Даже сейчас без баб никуда?
— Прекрати. — Я тяжело смерил ее взглядом. — Мне совершенно не до этих склок.
— Прости, все сделаю. — Она, потупившись, кивнула, легкой тенью выходя прочь.
Дрожащими от слабости руками с горем пополам докатил свое кресло и тушку к столу, разгребая кучи документов и отчетности. Не до них сейчас, пусть мои голубки-калькуляторы пока прервут свой медовый месяц, взвалив на себя дела мирские, барон пока в ближайшее время будет немножко занят, разгребая очередную порцию гуано, преподнесенную ему небесами. Покой нам только снится.
В комнату вновь вернулась вампиресса, заботливо внеся поднос с чайными принадлежностями и укутанный в полотенца заварник, пропуская за собой широкой души графинюшку, на некоторую ширину и объем, опять же некоторой части ее тела, даже в трудные минуты жизни можно было положить глаз. Вообще, как я подозреваю, туда много чего можно положить, голову, например, или руку, можно, наверно, и кирпич между… спрятать.
— Ты хотел меня видеть, мой мальчик? — Сердобольная, она тут же принялась ухаживать за мной, болезным, поправляя одеяла на коленях и помогая разлить терпкую горечь заварного разнотравья.
— Да, госпожа Красс. — Я невольно залюбовался ею. — Мне вновь, как и прежде, нужны от вас ваши широчайшие… кхм… познания в области этого мира.
— Да, мой хороший, все, что в моих силах, только спроси. — Она также налила себе кружечку, присаживаясь напротив.
— Расскажите мне, прошу вас, о навках и, в частности, о гарпидах.