В грохоте и плаче развалился домашний мир: штукатурка свалилась с потолков, в кровать ткнуло полог. Запах огня от каминных свечей стал ярче пламени, которое превратилось в мельницы света – как у ситхов из фильмов, если бы были они здесь. Я амортизировал удар и теперь стою с закрытыми глазами, чувствуя вкус войны на губах....
Ну и соответственно вам следует позаботиться о своей судьбе, которая будет трагическая, или нет — все сейчас зависит только от вас. Даю слово дворянина, что, если вы сделаете все, что от вас требуется — вы останетесь живы. И даже здоровы. И даже, возможно, но не факт — свободным человеком.
— На кого вы работаете, Осгенвей? Вулий, герцогиня Ирийская, Орден?
— Не поверите, Филлабрайд. Исключительно и только на себя, — Осий положил клещи на стол. Тем более, герцогиня Ирийская отправилась за Грань, а отправил ее туда вот этот вот парень.
Я скромно потупил глаза. Пускай приписывает мне заслуги Ария, одной повешенной на меня собакой больше, одной — меньше...
— Так чем тогда вы отличаетесь от цареубийц? — ухмыльнулся Филлабрайд. — Тоже устранили члена королевской фамилии.
— Тем, что мы делаем это не по чьему-то приказу, а исходя из необходимости, — сказал я.
— И, естественно, руководствуясь благородными целями? — продолжал язвить он.
— Естественно. Спасти империю от таких уродцев как вы, которые в результате заговора ликвидировали Каллинона и посадили на трон это больное на голову и тело чудовище, — ответил Осий.
— Я не слышу предложения, — сказал Филлабрайд. — Пока только угрозы.
— Видите ли, вам проще все рассказать самим, — пожал плечами Осий. — Или вами займется вон тот парень, который, как я уже говорил, специализируется на высших дворянах и королевских особах. Мы не будем вас пытать до смерти, ломать кости, резать яйца — вы не в Ордене, удовольствия от вида ваших кишок мы не испытываем.
— Хорошо. Вы гарантируете мне жизнь и свободу? — наконец принял решение Филлабрайд.
— Гарантирую жизнь и здоровье. Слово офицера и дворянина. По поводу свободы — сложнее. Когда-нибудь, возможно, да. Но не сейчас. Да и нужна вам свобода, если вы не знаете, что с ней делать? Бегать по свету как загнанная дичь, прячась в самых неожиданных местах? Укрытие, где вас никто не найдет и не придет за вами, чтобы заставить замолчать — обещаю.
— Меня это устраивает. Спрашивайте, — кивнул он. — И развяжите меня, я не собираюсь делать что-нибудь предосудительное.
— Надеюсь на ваше благоразумие, — Осий дал знак индейцам. — Оно в ваших же интересах.
Он подождал, пока пленника избавят от пут.
