Стоило мне вернуться из школы, как они выставили меня за порог. Я внезапно осознала, что совершенно не понимаю магловский мир, не умею зарабатывать деньги. В волшебном мире маглорожденная ведьма оказалась никому не нужна.
— Кошмар! И чем же ты занималась?
— Я хотела устроиться на работу, но меня никуда не брали. Даже с должности официантки в кафе выгнали в первый же день. Но в тот день в кафе я познакомилась с твоим отцом. Он приехал в Глазго по делам.
— Я случайно вывалила ему на штаны омлет. Но он лишь рассмеялся. Тут-то меня и уволили. Даллас был очень обходителен — пригласил меня в кино. Я поняла, что он отличный парень, и твёрдо решила выйти за него замуж.
— Тебя не смущало, что папа магл?
— Нисколько. Тогда меня больше волновало пустое брюхо и мысли о том, где переночевать. Поэтому я решила взять быка за рога и затащила Далласа в постель, а утром потребовала, чтобы он на мне женился.
— Оригинально, — закрутились шестерёнки в голове молодой ведьмы. — Неужели сработало?
— Как видишь, мы до сих пор вместе и у нас родилась красавица-дочка.
— А нельзя было как-то иначе? Не знаю, более романтично, что ли.
— Милая, мужчины и романтика лежат на разных полюсах. Намеков они не понимают. С ними нужно действовать решительно, как с волшебными тварями третьей категории опасности!
Разговор с матерью подтолкнул девушку к решительным действиям. Она чётко осознала, что если и дальше будет строить глазки, так и уедет в Австралию, а перспективного парня уведут из-под носа конкурентки. Пример матери стоял у неё перед глазами.
Ночью Сайласа разбудили сигнальные чары. Он схватил волшебную палочку и скастовал Гоменум Ревелио. Кто-то пробрался в дом и крался в сторону второго этажа.
В одних трусах он выскочил в коридор, на ходу накладывая на себя заклинание бесшумного шага, и бегом выскочил на лестничную площадку, готовый выпустить чары в воришку.
В последний момент он с трудом сумел сдержаться и замер наверху с направленной вниз палочкой.
Внизу лестницы в одном шёлковом халате с палочкой в руке застыла рыжеволосая бестия. Её лицо было наполнено решимостью.
— Марлин? — изумлённый, опустил он палочку.
— Ой, — прикрыла она рукой с палочкой грудь, хотя та и так была прикрыта халатом, в отличие от гладких белоснежных бёдер, спрятать которые не хватило длины дамского предмета гардероба. — Сайлас?
— Ты что тут делаешь?
— А-а, — напряжение отпустило Сайласа. Взамен на его лицо выползла похабная ухмылка. — Понятно-понятно… Тогда тебе в спальню направо, хотя если пойдёшь налево, — просканировал он её фигуру похотливым взором, — я не обижусь.
— Я-то пойду, — старался не засмеяться он, — но приличные ведьмочки не вламываются ночью в чужой дом.