В мире, полном мистики и тайны, Месть Тигра рассказывает о древней ведьме, которая не знает порабощенной смерти. О непостижимой силе зла в сердце мелкой деревеньки и о грядущей роковой битве между дьяволом и справедливостью.
– Что ты…
Он прижал палец к губам и заглянул за угол, будто боялся, что их подслушивают. Он поманил её за собой, и хотя у Арианы не было настроения на игры, она встала.
– Мы тут одни, – заметила она, подходя ближе. – Чего ты…
– Всё в порядке?
В дверном проёме появился Малкольм Торн – дядя Саймона и Альфа Царства Зверей. Длинные волосы, стянутые в небрежный пучок, тёмные круги под глазами. Ариана заметила, что в ту же серую рубашку он был одет накануне, на бедре у него потрескивала помехами рация.
– А… Да, – ответила Ариана, стараясь не смотреть на Джема, замершего по ту сторону открытой двери.
– Понятно, – сказал Малкольм. Он потянулся, чтобы провести рукой по волосам, но вспомнил, что они собраны. – Зия говорила, что ты не пришла завтракать. Она хотела чего-нибудь тебе принести, но я отправил её отдыхать.
Тон у него был извиняющимся, будто Ариана не могла сама сходить за едой и её должна была приносить глубоко беременная жена Малкольма. С момента, как она узнала о смерти отца, Зия Торн каждую минуту проводила в движении.
– Я помогу приготовить обед, – предложила она.
Малкольм с облегчением вздохнул.
– Отлично. Спасибо. У нас с Изабель встреча с генералом, но когда мы закончим…
– Я попробую убедить её вздремнуть, – сказала Ариана. – Идите на свою встречу. Всё будет хорошо.
Малкольм явно ей не поверил, да и она понимала, что это ложь. Всё было плохо с того самого дня, когда началась эта кругосветная гонка, и просвета не наблюдалось. Но Малкольм поспешно ушёл, и Ариана перевела взгляд на Джема.
– Ну, теперь ты скажешь, в чём…
Не успела она договорить, как рот зажали рукой, и Ариана отреагировала инстинктивно.
– Шарлотта? – поражённо спросила Ариана. Уж кто-кто, но Шарлотта Рот, почти не уступающая в мастерстве рукопашного боя самой Ариане, могла бы и догадаться, что не стоит её хватать. Но Джем, бросившийся к ним, снова прижал палец к губам, и она замолчала.
