Константин Разин, прозванный в тюрьме Знахарем, совершает дерзкий побег из зоны. Перед ним бескрайняя тайга, позади — погоня. Спастись кажется невозможным, но беглец готов на все, чтобы утолить жажду мести, сжигающую его изнутри. Роман о борьбе за свободу и справедливость.
Раздел Chitat.online для книги «Месть вора» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Константин Разин, прозванный в тюрьме Знахарем, совершает дерзкий побег из зоны. Перед ним бескрайняя тайга, позади — погоня. Спастись кажется невозможным, но беглец готов на все, чтобы утолить жажду мести, сжигающую его изнутри. Роман о борьбе за свободу и справедливость.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Константин Разин, прозванный в тюрьме Знахарем, совершает дерзкий побег из зоны. Перед ним бескрайняя тайга, позади — погоня. Спастись кажется невозможным, но беглец готов на все, чтобы утолить жажду мести, сжигающую его изнутри. Роман о борьбе за свободу и справедливость.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А коль присягательные искать его сюды явятся, дык неча и на двор их пущать…
Несколько крепких рук аккуратно оторвали меня от конской холки и отнесли в боковицу – маленькую клетушку в пределе избы, где хранились пустые рассохшиеся кадушки, а в углу на соломе были выложены огромные полосатые кабачки. Под потолком сушились пучки каких-то трав, и от них одуряюще сладко несло дурманом. Не раздевая, меня уложили на узкую лавку, накрытую наперинником, сшитым из чистой холстины и плотно набитым духмяным сеном. Так же как и большая уютная подушка.
– Лежи покеда. – Симпатичная кареглазая молодуха с крутыми черными бровями и аккуратным вздернутым носиком накинула на меня старое байковое одеяло, сильными тычками маленьких кулачков взбила подушку. Только теперь я обратил внимание, что обладатели разнокалиберных бород, дотащив меня до лежанки, поспешили ретироваться из боковицы – небось отправились замаливать такой страшный грех, – взять на постой посланца Антихриста. В клетушке мы остались вдвоем с молодухой.
– Как тебя хоть зовут? – Я умудрился поймать тонкие пальчики девушки.
– Настасьей. – Она даже не попыталась отнять от меня свою руку, но при этом моментально покраснела. – Ой, ладонь-то кака горяча у тя, батюшка. Заравы[8] тебе не принесть? Пить небось хочешь?
– Хочу, – прошептал я.
– Ну так я скоренько. Погодь малость. Полежи. Передохни, – скороговоркой выпалила Настасья. Голосок у нее был звонкий, словно валдайский колокольчик. – Сейчас я заравы…
И она упорхнула за дверь. Тоненькая, словно былинка. Невесомая, будто легкое белое облачко.
Я улыбнулся ей вслед. И подумал, что раз на свете есть такие чудесные девушки, то помирать совсем глупо. Жить надо, пить жизнь огромными жадными глотками, наверстывать те четыре года, что я потерял в «Крестах» и ненавистном ижменском остроге. И я выживу. Выживу обязательно! Справлюсь со всеми невзгодами, пневмониями и дорожными неприятностями. Доберусь до Кослана. Потом до Петербурга…
В тот момент я был в этом уверен. И почувствовал, что кризис болезни миновал. Я постепенно начинаю идти на поправку. А если к моему лечению еще подключится старица… как там ее?.. Максимила со своими травами и наговорами, то все и вообще будет хорошо.
Успокоенный этими умиротворяющими мыслями, я закрыл глаза, подумал о том, как же мне уютно лежать на ароматной перине набитой сеном, вызвал у себя в воображении образ симпатичной девки Настасьи и…
На этот раз я не терял сознания. Я просто заснул. Утонул, словно в бездонном омуте, в крепком целебном сне. Так и не дождавшись холодной заравы, которую принесла мне в долбленой березовой кружке красивая кареглазая молодуха с крутыми бровями и аккуратным вздернутым носиком.
