В глухих тайнах леса жили одни из самых опасных и беспринципных людей - отшельники. Комяк уверен, что скоро доберется до них – всего несколько часов езды. Но вот как примут его эти отшельники, запершиеся в своем мире без денег и прав?
Все-таки в свое время он поработал немало на Московском шоссе. Глядишь, кто у него и остался в Тверской из знакомых, кого смогу подключить в нашу игру… Вот только бы оказался дома.
Номера его сотового я не знал – как-то упустил это из виду. У меня был записан только домашний, поэтому я беспокоился: вот не застану Айрата дома, придется самому переться в Тверскую область за шестьсот километров от Питера.
Но беспокоился зря. Акын подошел к телефону сразу. Внимательно выслушал мой лаконичный рассказ о возникших проблемах.
– Так как, реально здесь что-нибудь предпринять? А, Айрат? У тебя есть в Твери связи?"
"– У меня там хорошие друзья. И уж такую мелочь, о которой ты просишь, Денис, они для меня сделают без вопросов. Лишь бы сейчас у них не были отключены мобильники. Имеют, понимаешь, такую дурную привычку. Короче, ты на каком телефоне?
– На сотовом Электроника. Есть номер?
– Естественно, – усмехнулся Акын. – Жди звонка. Или от меня. Или сразу от кого-нибудь из тверских пацанов.
Я все понимал. Авансом поблагодарил Айрата, отключился, припарковал «девятку» возле ночного магазинчика и принялся терпеливо ждать звонка из Твери.
– Они уже в восьми километрах от нас, – тем временем доложил Электроник. – Я почти потерял с ними связь. Передатчик на маяке не всемогущий.
– И черт с ним, – махнул я рукой. – Без него ясно, куда наши друзья держат путь.
– Пойду-ка схожу в магазинчик, куплю каких-нибудь булочек и попить, – неожиданно подала голос Конфетка. – Денис, Электроник, на вас брать?
– Бери. – Я обернулся и внимательно посмотрел в глаза Свете. Она не отвела взгляд. – Спасибо, лапочка.
– За что? – улыбнулась Конфетка. – За булочки?
Хотя понимала, что не за булочки. Она отлично знала, за что, но, кажется, сильно хотела, чтобы я произнес это вслух.
– Спасибо за то, что ты со мной, Света. Поверь, я ценю это очень и очень. Более чем ценю. Ты меня понимаешь?
Она промолчала. Лишь смущенно пожала плечами. И, кажется, покраснела.
Симпатичная худенькая девочка вылезла из машины и не спеша направилась к ночному магазинчику. Я провожал ее взглядом. И размышлял: «А все-таки она совсем неплохая, эта Конфетка, несмотря на мою прокушенную губу и потоки хамства, вылитые на меня вчерашним вечером.
