В глухих тайнах леса жили одни из самых опасных и беспринципных людей - отшельники. Комяк уверен, что скоро доберется до них – всего несколько часов езды. Но вот как примут его эти отшельники, запершиеся в своем мире без денег и прав?
"
"– Сколько тебе лет, красавица? – Некрасиво спрашивать девушку о ее возрасте, но все условности нашего мира на этой другой планете теряли силу. Или, наоборот, их сила умножалась в несколько раз, и в таких случаях они превращались из условностей в догмы и направляли всю жизнь этого уединенного общества.
– Осьмнадцатый, – доложила мне Настя. – К Рождеству осьмнадцать исполнится.
– Осьмнадцать… – задумчиво повторил я. – Замуж-то не пора?
– Пора, родненький, – вздохнула Настасья. – Дык тока вот женишками Господь обделил.
– Ты с этим согласна? – зачем-то спросил я, хотя заранее знал ответ.
– Конечно. – Настасья была искренне удивлена тому, как я могу спрашивать о подобных вещах. Неужели способен хоть чуть-чуть сомневаться в непоколебимости подобных «жизненных установок»?!
А я поспешил свернуть эту скользкую тему, угрожающую перерасти в религиозный диспут и перессорить меня не только с Настасьей, но и с остальными спасовцами.
– Расскажи лучше какую-нибудь сказку, – попросил я свою сиделку.
– Каку сказку? – не поняла меня Настя.
– Про Бабу-Ягу, про серого волка… Неужели тебе, когда была маленькой, не рассказывали сказок?
– Не сказывали, – растерянно покачала головой моя собеседница. – От мира они, от Антихриста. – Настя поспешила перекреститься, а заодно перекрестила меня.
А я о таких и слыхом не слыхивал. Конечно, за исключением Морозовой и Аввакума. Так что кое в каких вопросах Настасья была подкована лучше меня. Вот только повышать сейчас свое образование в этой сфере я не собирался. И капризно заявил:
– Нет, не хочу слушать эти сказания. Скукотища.
