Я попросила вина, но он стал меня уговаривать не пить. Встал перед мной на колени. Ночью я выпила в одиночестве коньяка. Вывернуло наизнанку и заболел живот. А-2 испугался и хотел увезти меня в больницу.
Я, кажется, ненавижу его…
Я — маленькая мама. Мама… Ничего не понимаю…
Палата в цветах. Слабость и болит нутро, хоть и родила без боли — во сне.
Странное существо лежит у меня под боком. Моя плоть… Ну и что? А-1 сказал, будто мальчик на него похож. Он ему, кажется, понравился. Я сказала Старухе, что хочу назвать его Алешей в честь мужа. Со мной спорить не стали. Никто не говорит о том, что за роль уготована мне в дальнейшем. А я не спрашиваю… Думаю. Очень много думаю.
Мама в восторге. Из нее бы вышла замечательная бабушка. Собирается отдать под детскую свою спальню. Милая наивная мама.
А-2 на съемках, и всем заправляет Старуха.
Вижу в ее глазах настороженность и даже страх. Интересно, этот мальчик будет называть ее «мамой»?..
На пороге решения."
"Прорвался Тарзан. Уверен, что потомство его. Предлагает, даже требует, чтобы я «сошлась» с ним. Деревня немытая. Может оказаться полезен, а потому отшивать не стала. В голове кое-что зреет. Может, поделиться с А-1?..
Принято решение.
Был А-2. Целовал мне руки. Просил прощения. Для того, чтоб делать больно снова и снова. Сыграла растроганность и примиренность… Они хотят забрать меня через три дня к себе. Я вещь, да?..
Браслет изумителен. Наверняка из Старухиных запасов, хоть и преподнесен лично от А-2.
И воплощено в жизнь.
Это не стоило ни малейшего труда. Тарзан прибыл на машине друга с охапкой роз. Изобразил моего мужа (никто и не подумал спросить документы — его уже здесь видели), подхватил на руки меня и мальчика, одарил обслугу улыбками и шоколадками, и — вперед.
Ехали часа два. Кругом густой лес. Дача со всеми удобствами и за высоким забором. Вероятность быть обнаруженной равна нулю. Жаль, не увижу их физиономий, когда до них дойдет, что птичка выпорхнула из золотой клетки, прихватив с собой птенчика. Я сказала Тарзану, что мне нельзя спать с мужчиной два месяца минимум. Говорит, согласен ждать даже больше. Кретин.
Обожает мальчика. (Счастливый Алешка — три отца.) Мне же неприятно давать на растерзание свою грудь, но в присутствии Тарзана делаю вид, что это высочайшее из наслаждений. Ведь я решила наконец, что всю правду нельзя открыть никому.
Дом стерегут две овчарки. Владелец дачи, Тарзанов товарищ, в загранкомандировке.
Я сказала своему «похитителю», что он должен вернуться в Москву, чтобы никто ни о чем не догадался.
…Осталась одна. Мальчик не в счет. Это что-то… неодушевленное.
Потихоньку становлюсь собой.
Утро. Скучаю по А-1.
Очень страшные собаки. Их нужно регулярно кормить, иначе озвереют.