Автор
Тишина безвыходная, лишь зеркала отражают прошлое. В ней она увидела балетное великолепие — анданта Стеллы из "Щелкунчика". Теперь музыка живая, и она снова в глубине этого грациозного зала, словно возвращается в детские сны. Какой кошмар этот, какой проклятый сон?
Постой, постой, или же тебе что-то привязали?
Она дико вскрикнула, обнаружив, что эта длинная розовая морковка растет прямо из голого живота щенка, из того самого места, где у них обычно бывает пенис.
Сью грязно выругалась по адресу доктора Дугласа и села на траву, обхватив руками голову. Щенята тыкались мордочками ей в ноги, жалобно попискивая Дора легла, и они жадно присосались к ней. Сью машинально отметила, что яички одного из щенят размером и формой напоминают две большие сливы, из-за чего он все время старается пошире раскорячить ноги.
— Ах ты сволочь, ублюдок, дегенерат, — бормотала потрясенная до глубины души Сью. — Ты и со мной хочешь проделать свой мерзкий опыт. Какая же я дура, что поверила тебе. — Она стала бить себя кулаком по голове, и Дора подняла морду и тоненько завыла. — Черт, как же отсюда выбраться? Ну да, он хочет, чтобы я родила этого ублюдка, а потом будет меня всю жизнь им шантажировать. Проклятое дерьмо, он знает, что у деда куча денег.
Сью вскочила и изо всей силы забарабанила кулаками по низкому потолку. Солнце погасло, откуда-то появилась луна, высыпали звезды. Сью ошалело пялилась вокруг, не понимая, в чем дело.
— Дора, как мне быть? — спрашивала она у тершейся об ее ноги собаки. — Он, наверное, тоже поил тебя какой-то дрянью, которую теперь испытывает на мне. Погоди, доктор Дуглас, ты еще будешь корчиться на электрическом стуле. Сью Тэлбот голыми руками не возьмешь.
Она поднялась в дом, надела махровый халат, расчесала волосы, подстригла ногти. И тут вспомнила, что в спальне есть телевизор.
Она прослушала три сводки местных новостей, но ни в одной из них не сообщалось о ее, Сью Тэлбот, исчезновении, хотя с того времени прошло уже почти двадцать часов.
