Автор
Тишина безвыходная, лишь зеркала отражают прошлое. В ней она увидела балетное великолепие — анданта Стеллы из "Щелкунчика". Теперь музыка живая, и она снова в глубине этого грациозного зала, словно возвращается в детские сны. Какой кошмар этот, какой проклятый сон?
— Моя милая девочка, как жаль, что там, в «Солнечной долине», с тобой был не я, а этот деревенский увалень Анатолий. Мы бы наверняка воплотили в жизнь все наши мечты.
— Нет, Берни, ты сам знаешь, что это не так. Но кто-то же есть на этом свете, кто думает и чувствует так, как думаю и чувствую я. Берни, мне очень хочется, чтобы этот человек был со мной рядом.
Бернард вздохнул.
— Милая Маджи, этот мир не просто свихнулся, а превратился в монстра, пожирающего тех, кто живет не по его безумным законам.
Войдя в комнату, Бернард бережно положил Машу на кровать и сказал, глядя на нее сверху вниз:
— Я очень хочу тебя, но совсем не так, как хотел раньше. Ты нужна мне каждую минуту. Это какое-то эгоистическое чувство, потому что я хочу быть счастливым вопреки всему.
Маша его не слышала. Она спала. Во сне она была похожа на хрупкую фарфоровую куклу из витрины роскошного магазина — Бернард совсем недавно видел такую в Париже.
Он устроился на ковре рядом и положил голову на край кровати.
— Мне здесь нравится, — сказала Ева. — Я буду жить в этой келье. Не возражаешь? Но зимой нам придется спать в одной комнате — зимой будет холодно.
— Я сложу печку и запасу дров.
Он замолчал и опустил голову.
— С каких? — спросила Ева.
— С тех пор, как я служил во флоте, — отведя глаза в сторону, едва слышно произнес Ян.
— Ты скрытный. Не то, что я. — Ева закрыла глаза и что-то прошептала. Что — Ян не расслышал. Потом вдруг сказала громко, почти выкрикнула: — Но мне здесь будет плохо. Потому что ты… не хочешь меня любить.
Ян ничего не сказал, подумал: сейчас лучше всего заняться делом, и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.
…Они сорвались с места внезапно, видимо, оба боялись передумать. Ева провела весь день в пещере, куда Ян привез ей еду и кое-какую оставшуюся от матери одежду. Он сообщил ей, что никакого переполоха по поводу ее отсутствия никто и не думал поднимать и что ее муж уехал с утра в Гагры. Сглотнув слезы, Ева сказала:
— Как хорошо, что я нашла тебя. Я бы не пережила…
У них были две небольшие сумки с одеждой.
