Автор
Тишина безвыходная, лишь зеркала отражают прошлое. В ней она увидела балетное великолепие — анданта Стеллы из "Щелкунчика". Теперь музыка живая, и она снова в глубине этого грациозного зала, словно возвращается в детские сны. Какой кошмар этот, какой проклятый сон?
Впервые за последние три недели на душе было легко и спокойно.
Он вел ее полутемным коридором. Оба были в комбинезонах водопроводчиков — доктор Дуглас принес комбинезон для Сью в палату и велел надеть прямо на голое тело.
Сью возбуждала таинственность происходящего, к тому же доктор Дуглас обещал ей избавление, то есть выход из той безвыходной, как ей представлялось, ситуации, в какой она очутилась благодаря своей непроходимой глупости. Ее предали все, даже родной дед, которому она склонна была доверять. Но ничего, зато уж теперь она никогда не потеряет голову.
Они оказались в подвальном помещении, забитом старой мебелью и какой-то медицинской аппаратурой. Доктор Дуглас запер изнутри на ключ тяжелую железную дверь, щелкнул рубильником, и тусклые лампочки под низким потолком погасли. Вместо них вспыхнула одна — нестерпимо яркого белого цвета под стальным абажуром. В ее свете Сью увидела низкий широкий стол, застланный белой клеенкой. Доктор Дуглас подтолкнул ее в спину и сказал:
— Снимай эту хламиду и ложись.
Она повиновалась, невольно поеживаясь от холода и сырости. Он тоже быстро вылез из своего комбинезона, оставшись в джинсах и больничном халате.
— Мне свет мешает, — сказала Сью, закрываясь обеими ладонями от настырно яркой лампочки.
— Надень это.
Доктор Дуглас протянул ей большие пластмассовые очки с широкой резинкой вместо дужек. Когда Сью надела их, комната засияла бирюзовыми бликами и напомнила морскую лагуну в жаркий летний день.
— Ты будешь делать мне операцию? — спросила она, с удовольствием думая о том, что наконец избавится от этого проклятого ублюдка, присосавшегося мертвой хваткой к ее внутренностям.
— Да. Но это совсем не больно и не страшно. — Сью слышала над собой громкое прерывистое дыхание доктора Дугласа. — Ты должна расслабиться и полностью мне довериться."
"Он засунул ей в рот сладкий твердый шарик, который велел положить под язык. Его склоненный над нею силуэт напоминал очертаниями и цветом дельфина. Сью хихикнула и чуть не подавилась шариком.
— У тебя заметно выросла грудь, — сказал он, коснувшись ее обоих сосков сразу. — Превращаешься в настоящую женщину. Смазливую и очень сексапильную. Хочешь быть сексапильной?
— Да, — прошептала Сью. — Очень хочу. Но сперва выковырь из меня этого ублюдка.
— Не спеши, малышка.
