В Месте нашей любви, где Астрея — особая станция, ты забываешь о проблемах, заточенные в уютных закутках. Однако каждое новое приключение на Астрее разжигает мечты и открытия, заставляя осознать, что не все зависит только от везения.
Не болит нигде?
— Ну, там сейчас всё горит, а насчёт боли не знаю пока. Но лучше я тут полежу, — тихо посмеиваясь, ответила ему.
— Хорошо, — выдохнул Викрам и положил голову на подушку.
Но расслабиться никак не могу. Некрасиво как-то, оставили гостью одну, а сами предавались сладости порока.
— Надо только Натке сказать, чтобы не ждала нас, — попыталась скатиться с любимого, но он тут же обнял, прижимая к себе.
— Она и не ждёт. Спать ушла, — недовольно сказал Вик, вновь приподнимая голову.
— Откуда знаешь? — удивилась такой осведомлённости любимого.
— Ну, так твоя любопытная сестра, как услышала, что мы затихли, пришла пожелать сладких снов. У вас, смотрю, это семейное.
— Что? — уточнила, так как голова отказывалась думать, моля о сне.
— Скромностью не страдаете, — прошептал Вик, опять расслабляясь и откидываясь на подушку.
— А, да. Не страдаем. Такого заболевания у нас ни разу не было.
— Оно и видно, — печально вздохнул любимый. — Воспитывать вас и воспитывать.
— Чего? — взвилась я от возмущения.
— Спи уже, — недовольно ответил Вик, прижимая рукой мою голову к своей груди.
ЭПИЛОГ
Потянулась, охнула от того, что всё тело жалобно ныло. На мне живого места не было. Викрам, услышав моё ворчание, проснулся, и стал осматривать, ощупывать, от чего я до слёз рассмеялась, хватаясь за живот.
— Всё, перестань! — визжала я, пыталась отбрыкаться от ловких и сильных рук любимого.
— О, проснулись! — радостно воскликнула сестричка, свободно зайдя к нам в спальню. — А там у дверей уже табун красноглазых женщин собрался.
— Кто такие? — недовольно воззрилась на Викрама, который стыдливо прикрывался одеялом и выразительно смотрел на Натку.
Вот наивный.
— Натали, выйди. Не видишь, человеку надо одеться.
— Зачем? — удивилась сестра, потом показала мне язык и, громко рассмеявшись, покинула нас.
— Знаешь, я тут подумал, что две землянки для меня это много, — задумчиво протянул Вик.
— Любимый, а что за табун у нашей двери?"
"— Наверное, подопечные, — улыбнулся любимый и стал одеваться, доставая одежду из шкафа.
Я пыталась не ревновать, вспоминая все слова, какие мне говорили и сам Вик и посол, только это мало помогало. Осторожно вылезла из-под одеяла, тихо постанывая. Оделась в новое бельё, натянула бежевое платье, которое тоже вчера приобрела. Как чувствовала, что надо четыре брать, а не одно.
К тому моменту, как я вышла из спальни, в гостевой насчиталось уже семь красноглазых конкуренток красивой наружности.
