Автор
В темное улочке сквозь огонь зажигалок в «Форде» бушевали любовь и меланхолия — теплая ночью рядом с незнакомой парой шла тусклая луна. Парень, обняв девушку за плечи, страстно шептал ей в ухо какие-то секретные слова, словно пытаясь заглушить грохот музыки из машины.
Похоже, «Место под солнцем» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тетя Элла учила Катю ловко скручивать сложный французский пучок, массировать волосы жесткой щеткой снизу вверх, от затылка, с жаром доказывала Катиной маме, что челка ее девочке совсем не к лицу.
— У нее уже есть свой стиль, она хоть и маленькая, а чувствует. И не надо на нее давить.
— Но очень уж строгий стиль, — сетовала мама, — хотя бы челочку ей подстриги, оживи немножко… — При таком типе лица челка совершенно ни к чему… Журчала уютная дамская болтовня, Катя расслаблялась, отдыхала. От тети Эллы веяло теплом и покоем.
Света Петрова с детства напоминала свою ласковую, веселую маму только внешне. Характер у нее лет с десяти был просто невыносимый. Ее мама никогда никому не жаловалась, только ласково подшучивала над обожаемой маленькой врединой и говорила: ну, что делать, такая она у меня сложная, вы уж не обижайтесь, она со всеми хочет дружить, просто стесняется и поэтому дуется, как индюшонок… Из ванной Элла Анатольевна вышла посвежевшая, протрезвевшая.
— Надо же, как неудобно получилось… Даже угостить вас нечем. Там в холодильнике должен быть сыр и пирожные остались, ты прости меня, Катенька, детка. И вы, Павел… прямо ужасно неудобно получилось. Я ведь пытаюсь с собой бороться.
Крепкий кофе окончательно привел Эллу Анатольевну в чувство.
В районном отделении милиции она спокойно и толково рассказала, как ее дочь Светлана ушла из дома около десяти вечера в субботу, сказав, что вернется часа через два.
— А чем занималась ваша дочь? — спросил дежурный старший лейтенант, молодой, вежливый, но какой-то вялый.
У него было лицо человека, который видел всякое, устал смертельно и привык относиться к жизни с философским спокойствием.
— На вещевом рынке торгует обувью.
— Здесь, в Конькове?
— Нет, на «Динамо».
— Чего же так далеко?
— Ну, там у нее знакомые, завязки свои.
