Жанр
Солнце поднялось высоко над полей пустыни в долине Иордана, и жара немного спала. Люди вытаскивались из-под глиняных крыушек своих домиков, чтобы продолжать суету. В этой песчаной тиши мирно сидел человек — сыну Человечества, наборивший слова на теплый песок пустыни. Каждая песчинка стремительно исчезала, не давая возможности прочесть текст. Но он не мог оставить Мессию в покое, и каждую минуту старался передать своё прерывание....
Солнца не было, но ярких звезд такое огромное количество, что вокруг светло, как днем. Он долго не мог оторвать взгляда от этого сияющего великолепия. Такой красоты он не видел никогда. Каждая звезда мерцала и переливалась различными оттенками светового спектра — голубоватые, желтоватые, красноватые, они как бриллианты сияли в небесах.
Николай осмотрел себя. На нем было надето нечто грубое, напоминающее обыкновенный мешок с прорезью для головы и тянущийся до лодыжек. Больше никакой одежды на нем не было, как не было и обуви.
"Первой мыслью полковника была мысль о том, что он умер, и шевельнулось беспокойство о Наташе: что с ней? Но беспокойная мысль сразу ушла, сменившись пониманием неважности и даже бессмысленности подобного беспокойства. Зачем беспокоиться о том, чего нет?
Он еще раз огляделся вокруг и понял, что никуда идти не надо — везде одно и то же. Сколько бы он ни шел, в какую бы сторону ни направился, всегда и везде будет этот желто-серый песок и сияющее небо над головой.
Сколько он так пролежал, он не знал — может быть, час, а может быть, столетие. Он знал лишь, что может оставаться здесь вечно и никогда не устанет любоваться красотой звездного неба. Ему никогда не наскучит это занятие и его никто не прогонит. Не было ни жажды, ни голода, ни потребности во сне. И он понимал, что так будет всегда, и грудь его переполняло ощущение полного покоя и полного удовлетворения.
Он знал, что исполнится всё, что он пожелает, но никаких желаний у него не было. Ведь желание — это несовершенство, отсутствие того, чего ты желаешь. Он не желал ничего, потому что все, что ему надо, у него было. А всё остальное не имеет никакого значения.
