Жанр
Солнце поднялось высоко над полей пустыни в долине Иордана, и жара немного спала. Люди вытаскивались из-под глиняных крыушек своих домиков, чтобы продолжать суету. В этой песчаной тиши мирно сидел человек — сыну Человечества, наборивший слова на теплый песок пустыни. Каждая песчинка стремительно исчезала, не давая возможности прочесть текст. Но он не мог оставить Мессию в покое, и каждую минуту старался передать своё прерывание....
Его подташнивало, и голова раскалывалась на части. Зато как хорошо было вчера вечером! Но последний стакан явно был лишним! Эх, не умеет он тормозить. Вон, Санек, вовремя свалил и сегодня утром на медицинской проверке весело ему подмигивал, словно и не пил вчера. А его бы точно сняли сегодня с рейса, если бы не знакомая медсестричка Алёна, у которой были на него виды. Он, конечно, принес ей шоколадку ""Алёнка"", но никакая шоколадка не помогла бы, будь сегодня не ее смена.
Тут Леха задумался об Алене.
Этого мужика, шедшего по обочине навстречу, он заметил давно, но не обратил никакого внимания. Ну, идет себе человек и идет, ему какое дело? Уже почти поравнявшись с ним и глядя вперед, на дорогу, Леха краем глаза заметил, как мужика вдруг резко мотнуло навстречу машине. А в следующее мгновение он уже почувствовал как капот его ЗИЛа ударил прохожего, а колеса дважды проехали по упавшему под машину телу.
Скорость была немаленькая, поэтому машину занесло. Когда она, наконец, остановилась, Лёха долго сидел, не решаясь открыть дверь, и глядя в боковое стекло на лежащее вдоль обочины тело. А когда все же решился и спрыгнул на дорогу, рядом тормозила взявшаяся непонятно откуда легковушка ГАИ. Лёха опустил голову. Нет, он не собирался скрываться с места происшествия, но так все быстро произошло, что ему казалось, что это всё понарошку, что сейчас все выясниться и он спокойно поедет работать дальше.
Заплетая ногами, он подошел к телу и спросил у сержанта ГАИ:
— Ну, как он, живой?
Тот поднял на него глаза и, отрицательно покачав головой, крикнул напарнику:
— Гришин, вызывай экспертов и труповозку.
Сердце у Лёхи ухнуло куда-то вниз, а желудок, наоборот, полетел к горлу. Он еле успел прыгнуть к обочине, как его начало рвать, выворачивая внутренности.
Сержант в это время нашел удостоверение в пиджаке жертвы ДТП и, раскрыв его, присвистнул. Потом встал, посмотрел на блюющего водителя, подождал, пока он закончит, и позвал к своей машине для составления протокола. Когда тот подошел, то амбре после вчерашней Лёхиной вечеринки тут же коснулось опытного носа инспектора. Он понятливо покачал головой и сунул Лёхе ко рту трубку алкотестера:
— Дыши.
Леха обреченно дохнул.
