Я стоял неподалёку от кучки заражённых, и по щекам неожиданно потекли слезы. В прошлом они вызывали у меня лишь страх, но теперь я видел их ошибки и слабости через призму своего «Взгляда в будущее». Всё разворачивалось перед глазами с невероятной четкостью — каждое движение, каждое слово....
— С шишками томлённый, с травами… Такого вы ещё не пробовали!
Я улыбнулся, глядя, как они уже погрузились в обсуждение правильного чаепития. Михалыч, конечно, тот ещё хитрец — мигом нашёл подход к моей волшебнице.
— Ладно, — согласился я. — Давай свой чай. Только…
— Знаю-знаю, — закивал старик. — Организую всё по высшему разряду. И пирожки будут — Марья Степановна как раз утром напекла.
— С капустой? — уточнил я с надеждой.
— А то! И с капустой, и с картошкой, и с грибами… Она как будто знала, что ты объявишься!
Мы направились к дому Михалыча.
— У вас тут так… уютно. Прямо другой мир.
— Ещё бы, — усмехнулся я. — Здесь всё по-другому. Проще, если хочешь. Но в этой простоте есть что-то… настоящее.
— И часто вы в рейды ходите? — поинтересовалась она у Михалыча.
— Да как придётся, — тот пожал плечами. — Когда спокойно, когда бурно. Вот вчера, например…
— А вот про вчера, — перебил я его, — расскажешь при всех. Чую, история интересная будет.
— О да, — Михалыч загадочно улыбнулся. — Такое расскажу — не поверишь! Ванька там такое учудил…
— Вот и отлично, — кивнул я. — Значит, не зря я именно за ним пришёл.
Кира с интересом посмотрела на меня, но промолчала. Она уже поняла, что пока я не готов раскрывать все карты. Но я знал — ей понравится то, что я задумал.
А пока… пока можно насладиться знаменитым Михалычевым чаем, послушать местные новости, и дать Ване выспаться. Потому что то, что я планировал, потребует от него всех сил.
И, глядя на довольное лицо Киры, уплетающей пирожок с капустой, я подумал, что иногда самые важные планы начинаются именно так — с простого чаепития в кругу друзей.
В столовую мы с Кирой вошли, всё ещё обсуждая удивительный чай Михалыча. Просторное помещение, служившее не только местом для приёма пищи, но и своеобразным общественным центром деревни, уже начало заполняться людьми.
К большому столу у окна подтягивались знакомые лица — «верхушка» нашего маленького сообщества. Степан — коренастый, с военной выправкой мужчина, отвечающий за оборону.
— Ну что, — начал я, когда все расселись, — докладывайте по порядку.
