В темном туннеле царит ощущение давности и мертвенной тиши. Чешуйчатые останки вымирающих тварей повсюду, заставляя дрожать даже без единого звука в ушах. Здесь запах горелого мяса и сырых камней поглощает все вокруг, создавая невероятную атмосферу мертвых пространств....
Активировав Фортификатор, я влил энергию, сплавляя камни в новую монолитную плиту. Камень задрожал, срастаясь, и вскоре и этот проход снова был закрыт."
"— Интересно, — пробормотал я, отступая. — Надо попробовать настроить Барионикса, чтобы он не кидался на людей, а только тварей уничтожал. Как думаешь, Кира, получится?
Она пожала плечами, её пальцы слегка искрили, она оглядывала все вокруг на предмет новых угроз.
— Не знаю, — ответила она, её голос был с лёгкой насмешкой. — Рик говорил, что им два месяца добираться сюда.
Я кивнул, задумавшись. Два месяца — это срок. И тут меня осенило.
— Кира, два месяца, — сказал я, повернувшись к ней. — Ты понимаешь, что это наш дедлайн?
— Понимаю, Артём, — ответила она, её глаза сузились. — Но куда деваться? Оставим их тут, и что? Они либо сгинут, либо найдут портал сами. А если мы их перекинем, то…
— То получим толпу чужаков, которые могут нас подставить, — закончил я за неё.
Мы взялись за руки и подошли к порталу. Арка переливалась всеми цветами, её звёздный свет пульсировал, будто живая. Каждый прыжок через портал был как шаг в пропасть — завораживающий и полный неизвестности. Никогда не знаешь, куда Система выбросит тебя в этот раз: в пустыню, полную големов, или в анклав, где каждый второй готов воткнуть нож в спину.
— Готова? — спросил я, сжимая её руку.
— Всегда, — ответила она и её губы тронула улыбка.
На всякий случай я набросил на нас Щит Души, окутывая нас защитным барьером. Затем активировал боевой дух, чувствуя, как увеличиваются статы, повышая все параметры. Потом тут же накинул Скрыт, и наши фигуры растворились в воздухе, став невидимыми для любых любопытных глаз. Портал манил, но я знал: расслабляться нельзя.
Мы шагнули в арку. Мир переноса, как всегда, чуть не вывернул нас наизнанку. Всё вокруг закружилось, цвета смешались, а тело будто разорвало на части и собрало заново. Но это длилось всего мгновение. Свет померк, и мы оказались на твёрдой поверхности. Я проморгался, привыкая к новому окружению, и огляделся.
Мы стояли посреди поля, усеянного низкой травой, слегка пожухлой, но живой.
