В темном туннеле царит ощущение давности и мертвенной тиши. Чешуйчатые останки вымирающих тварей повсюду, заставляя дрожать даже без единого звука в ушах. Здесь запах горелого мяса и сырых камней поглощает все вокруг, создавая невероятную атмосферу мертвых пространств....
Только шорох ветра и гомон анклава, который настойчиво продолжал молча строить свою новую жизнь.
К вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, мы с Кирой устроились у костра, разведённого во дворе заправки. Похлёбка, которую сварганили люди Рика, пахла неожиданно вкусно, и я даже пожалел, что моя кулинария в интерфейсе — просто пустое слово без уровней. Кира задумчиво потягивала колу.
— Артём, — сказала она, глядя в огонь, — Модуль-17 молчит. Что дальше? Сидим тут, пока зомбаки не припрутся?
— Завтра двинем к городу, — ответил я, сжимая наруч.
Она кивнула, её глаза сверкнули в отблесках костра.
— Город — всегда засада, — хмыкнула она. — Но я за. Если что, будет кого поджарить.
— Как всегда, — усмехнулся я, чувствуя, как её боевой настрой прогоняет мою усталость. — Только аккуратно. Первая волна — не повод расслабляться.
Мы ещё немного поболтали, обсуждая план.
Утром мы попрощались с Риком и его людьми.
— Артём, Кира, — сказал он, протягивая руку. — Спасибо. Если бы не вы, мы бы всё ещё гнили под двенадцатой волной пугаясь каждого звука.
— Не благодари, — отмахнулся я. — Держите заправку. А дальше уже и о дальнейшем подумаете.
Кира лишь хмыкнула.
Рик улыбнулся, но кивнул. Мы отошли в сторону, и я призвал Небокрыла. Огромная птица появилась с низким гулом, её перья переливались в утреннем свете, а когти вонзились в землю. Мы с Кирой забрались на её спину, и Небокрыл взмыл вверх, унося нас к городу.
Мы летели около часа, держась на приличной высоте. Город проступал на горизонте — серые коробки зданий, окутанные дымкой, намекали на разруху. За двадцать километров до него я направил Небокрыла по дуге, чтобы облететь окраины. Городские центры в параллельностях — это всегда ловушка: зомбаки, мародёры или что-то похуже.
