Автор
Я знаю, как это тяжело, Тревор — так говорила доктор Уэйван, улыбаясь и прерывая молчание. Она берет из ящика шкафа что-то важное, а он смотрит на плакат анатомии, отражение их взаимодействия в этот момент — страх и надежда.
Тревор перевернулся, и Марк наклонился, чтобы поцеловать его. Губы Марка скользили по нему, языки сплетались с отчаянной потребностью. Марк опустил свое тело и медленно покачивался, потираясь членами, зажатыми между животами.
— Черт, ты такой горячий, — задыхался Тревор между поцелуями. — Но мне нужно… — чтобы ты перевернул мой мир. Заставь меня все забыть. Покажи мне, что я нормальный, здоровый и полон жизни, как ты. — Трахни меня, — он впивался пальцами в плечи Марка, в его спину, его задницу. — Трахни меня.
— Черт, — Марк впился в его рот, засасывая язык, целовал глубоко и с полной самоотдачей. — Я никогда не встречал никого похожего на тебя.
— Марк.
— Да."
"Еще один безумный поцелуй, а потом Марк выпрямил спину, подняв ноги Тревора и положив их себе на плечи. Веки Тревора трепетали, и хриплое рычание вырвалось из его горла, когда Марк сжал бедра и толкнулся внутрь, заставив беспокойство, депрессию и усталость сдаться. Каждый его нерв с облегчением пел.
— Посмотри на меня, — потребовал Марк.
Он повиновался. Взгляд Марка, с совершенно не скрываемым желанием, зацепился на нем, когда он смотрел на Тревора, как будто он был единственным человеком в мире, который имел сейчас значение. Крохотный укол сожаления осмелился угрожать этому мгновению, но он настойчиво оттолкнул его. Важным было только здесь и сейчас. Эмоции на лице Марка. Глубокий румянец, который с накалом их страсти распространялся по лицу, по шее, по груди. Темные волосы, влажные от пота, и блеск оливковой кожи.
— Черт, ты очень красивый, — сказал Марк с чем-то вроде благоговения в голосе. Или Тревор просто вообразил себе это.
Марк одной рукой прижимал к груди бедро Тревора, а другой ласкал грудь и живот, скользя все ниже и ниже, пока не обхватил его член.
— Да, — застонал Тревор и накрыл своей рукой руку Марка, вместе подталкивая себя все ближе и ближе к краю пропасти. Их перемешавшееся дыхание становилось быстрым, хриплым, тяжелым.
— Кончай, — голос Марка был хриплым и напряженным.
— Ох… Черт… Марк… — Тревор запрокинул голову назад, закрыл глаза, и густая сперма брызнула на его живот горячими струями, оргазм был настолько мощным, что разнес по всему телу восхитительные импульсы. Он напряг свои внутренние мышцы, сжимаясь вокруг твердого члена внутри него, подталкивая Марка присоединиться к его освобождению.
Марк подался вперед, обхватив Тревора обеими руками, и врезался в него со всей силы.
