Автор
Я знаю, как это тяжело, Тревор — так говорила доктор Уэйван, улыбаясь и прерывая молчание. Она берет из ящика шкафа что-то важное, а он смотрит на плакат анатомии, отражение их взаимодействия в этот момент — страх и надежда.
Тревор стоял, наблюдая за Марком, который захлопнул рот и только кивнул, прежде чем прервать их напряженный зацепившийся взгляд, чтобы ответить на звонок телефона.
Тревор забрал их тележку с завтраком, поблагодарив и отдав чаевые, а затем начал раскладывать еду на столе. Омлет с беконом, картофельные оладьи, тосты и кофе для Марка; яичные белки, свежие фрукты и вода для Тревора. Пока Марк заканчивал в душе он уже принял свои витамины и лекарства, запивая их несколькими глотками воды, не желая объяснять эту ежедневную смесь.
— Я в гостинице, рядом с трассой. Я буду, как только смогу, — сказал Марк. Затем сделал паузу. — Спасибо.
Он, хмурясь, закончил разговор, натянул футболку и сел за стол напротив Тревора.
— Все в порядке? — спросил Тревор.
Марк кивнул, продолжая хмурить брови.
— Они расчистили дорогу. Я оставил свой номер на лобовом стекле машины, не хочу, чтобы меня отбуксировали, но они не могут ждать слишком долго, — он оторвал взгляд от тарелки и посмотрел на Тревора.
— Что-то вроде того, — сказал Тревор, обнаружив, что теперь у него тоже появилось желание хмуриться. Но почему? Это был прекрасный способ скоротать время, не более того. В другой жизни, вероятно… Марк, возможно, был из тех, с кем он хотел бы большего.
— Я чувствую себя обжорой, — сказал Марк."
"— Нет. Мне нравятся люди со здоровым аппетитом, — сказал Тревор, а затем покраснел, когда непреднамеренная инсинуация зажгла искру в глазах Марка и дернула его губы в сексуальной усмешке.
— Я могу тебя куда-нибудь подвезти? Домой? — Марк с удовольствием сосредоточился на своем завтраке, тем самым вызывая у Тревора улыбку. Он всегда любил смотреть, когда люди с аппетитом едят. Он не мог сказать, почему, но, возможно, это было из прошлого, с его семейных ужинов, когда он рос. Видя наслаждение людей, о которых он заботился, создавая что-то для них, дарило ему замечательное чувство.
— Спасибо, но нет, — сказал он, борясь с внезапным желанием приготовить для Марка. — Каньон в Боулдере засыпан снегом, и сегодня можно не ждать открытия дороги. Даже если я вернусь на стоянку, где оставил машину, я не смогу подняться на гору. Я застрял здесь до тех пор, пока не получится улететь самолетом.
