Я только изумленно приоткрыла рот, как дракон впился мне в губы жадным, жестковатым поцелуем. Захватывая и подчиняя, словно делая это в первый и последний раз.
От неожиданности замерла у него в руках, впитывая этот момент, сохраняя его в памяти, стараясь не анализировать причину этого жаркого, не менее желанного поцелуя. А затем сама подалась вперед, обнимая дракона за плечи и робко приоткрывая рот, впуская верткий язык вместе с вдохом.
В глазах помутилось, а по телу пробежала волна жара, концентрируясь внизу живота. Порочно постанывая и цепляясь за плечи мужчины, робко ему отвечала, однако стоило услышать на границе восприятия яростные, ревнивые и неодобрительные рыки, мгновенно вспомнила, где нахожусь, с кем и кто вообще такая. И что себе только что позволила.
Отпрянув от мужчины, тяжело дыша, рассеянно прикоснулась пальцами ко рту, чувствуя, как щеки полыхают стыдливым румянцем.
«Великие, что я творю?»
С коленей Никлауса меня как ветром сдуло. Отойдя от драконов на приличное расстояние, ближе к открытым дверям опочивальни, растерянно взглянула на каждого из мужчин, не зная, что говорить и стоило ли говорить вообще.
— Прости меня, Рели, я не смог удержаться, — ровно и совсем не виновато произнес Никлаус, с вызовом встречая мой взгляд и опасные взгляды драконов. — Но мне не стыдно.
— Кто бы сомневался, — буркнул Анхель, спрыгивая с подоконника и медленно направляясь ко мне. Сглотнув, жалобно посмотрела на несносных мужчин, обреченно надеясь, что бить меня всякими плетьми и кнутами не будут.
С подозрением оглядела уже почти подошедшего вплотную наследника, стараясь понять, носит он с собой кнут или еще какой подобный атрибут или нет. Но ничего такого не нашла, однако облегченно вздыхать не посмела.
— Такая смелая и одновременно такая пугливая, — растягивая слова, промурчал Анхель, обходя меня по кругу и становясь за спиной, а стоило мне дернуться, чтобы отойти, притянул за плечи к себе, прислоняя к твердой груди. — Чтобы более в твоей умной головке не вспыхивали совершенно не нужные вопросы, объясню. Да, ты нравишься нам. Да, всем. Нет, мы не ревнуем.
— Почти не ревнуем, но со временем справимся и с этим, — поправил Вадэмиан, улыбаясь краешком губ.
— Верно, — подхватил его слова Анхель. — И нет, морду Никлаусу бить никто не будет.
Сам Никлаус иронично хмыкнул, словно говоря этим: «Ну-ну, попробуйте. Рискните».
— Да, с очень большой вероятностью, ты наш фрайал. Мы на это надеемся. Но, извини, как бы ни было сейчас эгоистично сказано, что бы ни случилось, мы от тебя не откажемся. Никто из нас, — я изумленно дернулась, чтобы посмотреть мужчине в глаза, но он непреклонно сжал мои плечи, заставляя стоять на месте.