Поднимаю взгляд в холодное небо. Почему сегодня так хочется прогуляться по этой аллее? Всё лето обещала себе это сделать, а тут вдруг как-то и не приходит в голову. Правда ли я забыла или что-то поменялось? И вот уже шагаю среди осенних листьев, ощущая прохладу на коже и размышляя о смысле бытия....
Вот только не сейчас…
- Девочка моя, что ты пытаешься доказать своим упрямством? За такие действия нужно наказывать. А ты тут героиню строишь.
Я по-прежнему молчу, глотая непрошенные слезы.
- Ладно, дорогуша. Отдыхай пока. В обед и вечером температуру смерить. Назначения напишу. Капельницу сегодня поставим, посмотрим, как будешь реагировать. Переломов, слава богу, нет. На ушибленные места – холод, мазь три раза в день. Маруся, проследи.
Медсестричка кивает и двигается к выходу. Доктор тоже поднимается и собирается уходить, как я вдруг отмираю и подаю голос:
- А какой сегодня день?
- С утра была пятница.
Холод пробирает меня до позвоночника. Я что, сутки была в отключке?
- А мои вещи?
- В тумбочке и шкафу все необходимое. – Отчеканивает медсестра. – Супруг ваш принес.
- И телефон?
- Да, конечно. – Она кивает головой на тумбу справа от меня, где лежит мой старенький смартфон.
- Спасибо.
Они выходят за дверь, а я оглядываюсь вокруг."
"Палата двухместная, небольшая. Кровати широкие, функциональные.
Заботливый муж у меня.
Повезло.
Первым делом, взяв в руки телефон, набираю номер Сашки.
Брат отвечает практически сразу.
- Лёлик! Господи! Как ты нас напугала!
- Привет, Сашка.
- Как ты, сестрён? Что случилось вообще? Лёха сказал, тебя машина сбила.
- О… - Кто бы мог подумать… - Я не знаю. Точнее, не помню.
Почему-то решаю не говорить брату о случившемся. Может потом.
Сейчас не смогу.
- Мы с матерью к тебе приедем.
- Саш, я не знаю. У меня болит всё. Назначили капельницу вроде, мази какие-то… Я хочу домой… - Не в силах больше сдерживаться, всхлипываю, достаточно громко, чтобы он услышал.
- Лёлик, потерпи. Нельзя пока домой. Как поправишься, мы тебя заберём.
- Слушай, насчет денег…
- Так, Оля. Не переживай. Твое дело сейчас поправляться, лопать апельсины. А обо всем остальном забудь. Я сам все решу.
Решит он…
Меня вдруг охватывает такое бессилие, что хочется выть.
Помогла, называется, брату. Только усложнила все.
Теперь им ещё за меня переживать. Да по больницам таскаться. Представляю, в каком состоянии сейчас мама. Уже наверное все ментовки обегала, в поисках несуществующего виновника ДТП.
Господи, как же больно…
Лучше бы он меня убил.
***
Мама с Сашкой приходят вечером – взволнованные, запыхавшиеся, с полными сочувствия взглядами. Меня еще больше накрывает собственная безнадежность, но я искренне рада их видеть.
