Автор
В постъядерном Петербурге двадцатишестлетний герой предпринимает опасное путешествие по подземелью метро, раскрывая загадочные тайны северной столицы. Среди руин и подземных ходов его ждут неожиданные встречи, угрозы и древние секреты, способные изменить судьбу выживших.
— То есть…
— Не такая уже бредовая идея, Иван, — сказал Водяник. — Не буду касаться этики… Но ведь мы как раз хотим уменьшить возможные жертвы… Верно?
Иван помолчал. С этой точки зрения он проблему еще не рассматривал.
— Примерно так.
— Это интересно, — сказал. Проф. Запустил пальцы в бороду, подергал, словно хотел оторвать. — Очень интересно.
Все-таки, Иван посмотрел на Водяника, в каждом ученом живет мальчишка, выдергивающий ноги у кузнечика, чтобы посмотреть, как тот будет после этого прыгать.
Ученые-изуверы двигают науку куда эффективней, чем ученые-миротворцы.
* * *Они бежали по тоннелю, каждую секунду ожидая, что в след им начнут стрелять.
Иван споткнулся, начал падать — Пешка мгновенно сообразил, поймал его за рукав.
Сколько времени понадобиться бордюрчикам, чтобы понять, что станция пуста?"
"Маяк остался позади — кроваво-красный, зловещий, как залитый свежей кровью. И разграбленный. Часть ламп из светового карниза они сняли.
Теперь на станции царил полумрак.
И дым. Иван с командой отняли и подожгли запасы марихуаны у адмиральцев. Генерал своих до того выдрессировал, что возмущаться никто и не подумал. Молодец. Все-таки свою военную машину за эти две недели генерал создал. Хорошо это или плохо, непонятно. Но сделал.
Сейчас важно другое: дым, запах, полумрак — все, для того, чтобы спрятать распыление фиолетовой субстанции.
Добежали до выложенного блокпоста. Здесь нужно задержать бордюрщиков до момента, когда придет время перейти в наступление.
Если мы все сделали правильно, время придет — Иван посмотрел на часы — через четыре часа. К этому времени бордюрщики осмелеют и займут покинутую станцию. По таймеру сработают и начнут распылять фиолетовую пыль баллоны.
Действие фиолетового ЛСД длится примерно двенадцать часов, самый пик — примерно через три часа после употребления. К моменту нашего контрнаступления бордюрщики должны быть благостны, дезориентированы и не способны совершать действий сложнее почесывания носа (и то при полной концентрации воли). Посмотрим.
И держать кулаки, чтобы выгорело.
Они добрались до блокпоста, заняли места за пехотой адмиральцев. Иван огляделся. Слабый свет налобника высвечивал толстые неповоротливые фигуры в сферических шлемах с забралами. Таких бойцов Иван у адмиральцев еще не видел. Бронежилеты, автоматы с подствольными гранатометами. У всех нашивки ""серый кулак"" на рукавах. Один товарищ сидел, а за спиной у него был цинковый бак. Сильный запах горючего не мешал солдату с аппетитом жевать лепешку.
